Category: психология

Category was added automatically. Read all entries about "психология".

Мои группы в Контакте

Древняя Месопотамия
История древнего Востока
Владимир Софроницкий
Надежда Андреевна Обухова
Евгений Боратынский
Владимир Щировский. Танец души
Александр Алексеевич Остужев
Философия истории и культуры
Густав Леонхардт

Мудрость

Много лет назад один мудрый человек сказал мне: "Мы будем воспринимать и обсуждать только то, что было сделано". Это очень глубоко. Мы ведь могли бы иметь что-то и получше. Но - то лень, то депрессия, то недостаток образования, то недостаток мастерства. И в результате мы сейчас думаем не о том, что нужно бы, а о том, что у нас есть. Отсюда вывод - делать как можно лучше и интереснее, чтобы не ослаблять ноосферу низким качеством планов на будущее.

Соединяя теорию ритуала с хронопсихологией

Пожалуй, в нашем понимании ритуалов древней Месопотамии мы должны вернуться к концепции С.Н.Давиденкова. В книге «Эволюционно-генетические проблемы в невропатологии» (Л.,1947) он пишет, что жизнь в архаическом мире выдвигала на первый план людей художественно-эмоционального типа, формировавших культуру в аспекте синкретического культового действа, каковым и был встроенный в религию ритуал. Кроме того, развитие человеческого общества препятствовало свободному ходу естественного отбора, и вследствие этого инертные, слабые и неприспособленные к жизни люди, страдавшие навязчивыми состояниями и фобиями, получили возможность транслировать свои страхи на поведение и
сознание более сильных членов общества. Поэтому
ритуалы и возобладали в человеческой культуре. Таким
образом, Давиденкову ритуал представляется
объектом психопатологии. Он возникает как следствие
навязчивых состояний у инертных и склонных к
фобиям людей и впоследствии принимает форму культа, создаваемого представителями художественного
типа в качестве обоснования для существования
в обществе слабых и склонных к психическим
болезням его членов. Ритуал в этой концепции является
тормозом эволюции и естественного отбора, и
он же — первое свидетельство возникновения культуры.
Значит, слабость и страх, по этой теории, явились
могучими двигателями культурного развития
человечества, а культура возникает как символическое
средство преодоления естественных недостатков.
Теперь можно подтвердить эту теорию и дать к ней важное дополнение. Недавно У.Габбай опубликовал корпус шумерских плачей, исполнявшихся под аккомпанемент флейты-шем. Все эти 114 текстов содержат типичное описание невроза. Их композиция состоит из трех частей: а) описание гнева божества; б) обращение к божеству не уничтожать города и людей (чаще всего, не затоплять водой); в) просьба к божеству смягчить свое сердце и остудить свой пыл. Интересно, что гневаться может любое божество, и оно же должно обладать способностью успокоиться. Когда божество гневается, то не щадит ни детей, ни стариков. Понятно, что за всем этим стоит страх человека перед гневом бога, и этот страх порождает невроз. Но чрезвычайно интересно посмотреть на календарные даты, когда проводится ритуал с плачем-шем. И оказалось, что, судя по колофонам глиняных табличек, такой ритуал проводится в последние месяцы вавилоно-ассирийского календаря (восходящего к ниппурскому) - Шабату и Аддару. А эти месяцы (конец января-февраль) как раз характерны максимумом сезона дождей. Понятно, что речь идет о неврозе вследствие того самого потопа, который описан в шумерском мифе о потопе (дождь и сильный ветер). Еще одна табличка говорит, что такой ритуал нужно исполнять в первые семь дней месяца Нисану, что тоже понятно - это время половодья Тигра. Итак, невроз возникает не на пустом месте. Но есть и поздние таблички, дошедшие от Селевкидского времени. И в них предписывается исполнять ритуал с плачем в начале каждого месяца и в полнолуние. Значит, это уже страх перед исчезновением луны и перед возможностью луны полной: появится вновь или нет. Невроз расплывается по всему календарю. И одновременно происходит астрализация невроза. Если в вавилоно-ассирийское время плач исполняли именно по причине календарных ужасов, то в селевкидское ужаса ждут от неба.
Таким образом, необходимо связывать трансляцию коллективного невроза эмотивными людьми с определенным моментом времени, связанным с необходимостью адаптации к новым явлениям природы. Давиденков этого не учел, но теперь есть наше понимание, что существует хронопсихология, т.е. что психические состояния существуют в хроносе. Тогда возникает дополнительный вопрос. Давиденков полагает, что невротические состояния и далее ритуалы закрепляют в коллективе художественные натуры. Но что, если дело не в этих натурах, а в самом состоянии коллектива, который переживает одно и то же? Тогда любой может быть транслятором невроза.

Макс-веберовское у В.В.Струве

В.В.Струве написал в 1926 г. замечательную статью “Социальная проблема в заупокойном культе древнего Египта”. В ней религии древнего Востока разделяются по весьма существенному критерию – наличия или отсутствия представлений о посмертном воздаянии. В зависимости от этого определяется социальный оптимизм или социальный пессимизм религиозного мировоззрения. В Египте при наличии стабильной государственности преобладал социальный оптимизм, что приводило к упованию на иную жизнь и к отсутствию требований социальной справедливости в этой жизни. Напротив, в переходные и кризисные периоды представления об ином мире уступали место социальным движениям за улучшение жизни низших слоев общества. В Вавилоне же социальный пессимизм был явлением постоянным и восстаний не вызывал.
Это абсолютно гениальные наблюдения. Египетские восстания это требования восстановления централизованного управления, от которого только и можно получить посмертную жизнь в виде мира-Двойника. И требование восставших всегда одно: верните нам нашу веру в иной мир! В древней Месопотамии несколько раз были крупные городские восстания, но они совершенно не отложились в народной памяти и не породили никакой литературы. Мы о них знаем только из официальных документов и поздних гаданий, в которых они приводятся как прецеденты возможного бунта в будущем. Шумеро-вавилонский человек с самого начала осознал безысходность посмертной жизни и даже свое отчаяние перед лицом этой безысходности. Там, где появляется социальный пессимизм как следствие отсутствия упований на иную жизнь, там и начинает развиваться цивилизация. Гильгамеш это образ такого отчаяния. Человек понимает, что единственная возможность бессмертия, - ценность оставленных тобою артефактов. В Египте не могло быть Гильгамеша, потому что все люди верили в достижимость бессмертия при условии служения власти. Поэтому не от Египта идет современная цивилизация и не от Индии (где люди уснули именно на представлении о перерождениях), а от отчаяния вавилонского пессимиста, понимающего, что строить нужно здесь, строить нужно прочно, и не для себя, а для других людей. Восстание могло быть только временным выплеском агрессии. Но за ним не стояло радикального требования дать лучшую жизнь. Потому что власть сама находилась перед дверями в тот же Подземный мир, где окажется рядом с простолюдинами. И требовать от власти улучшения условий было бессмыслицей. Проще было уйти в другой район и строиться заново.

Психологический аспект эволюции религии

Все больше думаю о внутреннем, психологическом аспекте эволюции религии. Внешний аспект для древнего Востока довольно прост: классический политеизм с пантеоном богов отражает народное собрание города-государства; квазимонотеизм с царем богов отражает власть в территориальном государстве, покрывающем один регион ; строгий монотеизм отражает концепт трансрегиональной державы имперского типа, но такой, за которым стоит представление о трансцендентном мире.
Однако есть и внутренний аспект. На этапе классического политеизма человек чувствует присутствие в себе большого числа демонических существ, из-за чего, по его собственному мнению, он терзаем болезнями, страстями и постоянно готов к агрессии. На этапе квазимонотеизма человек чувствует в себе уже только два начала - божеское и дьявольское, и ему понятно, какое из них он должен в себе преодолеть. Агрессия запирается, страсти не демонстрируются явно. На этапе строгого монотеизма он уже вообще не может ни на кого кивать. Человек освобожден от существ в себе, Бог для него трансцендентен, и остается только признать, что всё зло творит только сам человек. Характерно, что если в раннем исламе еще были представления о джиннах и шайтанах, овладевающих человеком, то в исламе зрелом шайтаном называют самого человека, совершившего зло. Однако для человека его самого становится слишком много, и он начинает себя умалять, и умаляет до внутреннего мира, не оставляющего телу шансов на победу.
Итак, человек доходит в монотеизме до полной целостности своей личности с последующим умалением своего тела. Но что дальше? Его целостность отражает его представление о целостности и единстве внешнего мира. Большего единства достичь нельзя, и по мере накопления позитивных знаний в человеке появляется недоверие к миру. Тело умалено, разум действует за его пределами. Оказывается, что миров много, что есть миры естественные и искусственные. А то, что мы называем нашим миром, не более как один из этих миров, и он равноправен со всеми другими. Следствием этого является атеизм. То есть, атеизм есть продолжение эволюции религиозного сознания человека. За свои поступки человек теперь отвечает перед совестью и долгом, нашедшими выражение в категорическом императиве.
Что дальше? Атеизм раскрепощает те психические феномены, которые монотеизм держал в узде. Все эти Эго, иды, супериды, тени, самости и проч. становятся легитимными только после отрицания присутствия Бога в человеке. Попытка вернуться к истокам монотеизма подобны попыткам вернуться в утробу матери, поэтому фундаментализм бесплоден. Но понятно, что из атеизма и нового психологизма есть путь в новую религиозность, связанную уже с биотехнологиями и с успехами в изучении космоса. Если при строгом монотеизме человек умалялся в своей телесности и амбициях, то теперь человек будет добавляться. Добавляться за счет искусственных органов и своего космического опыта проживания на других планетах. Возникнет новая природа человека, после чего изменится и его взгляд на дистанцию между естественным и сверхъестественным. Религиозность продолжается, потому что человек продолжает сознавать мир и себя.

Подумалось,

что ложное умозаключение не приносит людям такого вреда, как истинное знание.
Вред чаще всего случается от искажения истинного знания.
Кому плохо от Новой хронологии Фоменко, если опыт всей мировой науки опровергает ее? Помню, как горели глаза у студентов в 90-е, когда они открывали очередной том фоменко-носовских бредней на первом курсе. И как к концу второго это проходило.
И кому было плохо от теории флогистона или от идеи мирового эфира?
От креационизма, кстати, тоже плохо не было.
А вот от дарвиновской теории, генетики, ядерной физики, космонавтики всем стало... иначе, чем было раньше. И хорошо, и плохо. Истинное знание меняет мир, и не всегда в лучшую сторону.
Интересно, меняет ли мир психология? Павловское учение, фрейдизм, юнговские типы и архетипы?

"Двойная жизнь Вероники". Как обнаруживается истина

Вчера исполнилось 57 лет Збигневу Прейснеру, создавшему одну из лучших музыкальных тем европейского кино - тему дантовского Рая из "Двойной жизни Вероники". Посвящаю ему два следующих эпизода в этом журнале.

Никто, кажется, не писал о гносеологическом аспекте шедевра Кесьлёвского. В фильме показано, что такое истина и какими путями она обнаруживает себя.
В сознании французской Вероники есть проблема, которая ощущается ею смутно: "нас двое". Это проблема, связанная с ее существованием, т.е. экзистенциальная, которую нельзя обойти. Вероника даже не пытается ее определить - она просто живет ею. Вероника - молодая женщина с сильной интуицией, вербализация не ее конек. Первый способ доказательства истинности внутренней проблемы - бесстрастная фиксация объекта прибором. Фотоаппарат берет польскую Веронику в тот момент, когда сознание его владелицы дремлет. Затем появляется второй способ доказательства - интуиция кукольника, в ящике которого лежит не одна, а две похожие куклы. Но почему это так - он и сам пока не знает. Затем идет важнейшая для фильма сцена - сближение Вероники и кукольника. Обратим внимание на то, что режиссура и камера вместо того, чтобы имитировать мистическое познание, нарочито скользят по верхам. Кукольник узнает Веронику через ее вещи и случайно натыкается на фото ее польского двойника. И только тогда проблема Вероники обнажается: она начинает рассказывать кукольнику об ощущении двойного существования. Ее рассказ пробуждает художественную фантазию кукольника, который делает из проблемы Вероники прекрасную историю.
Но зададимся вопросом: для чего кукольнику так нужна Вероника? То, что он ставит эксперимент, придет ли незнакомая женщина на свидание, руководствуясь только шифром места встречи, это полная ерунда. Он и сам это прекрасно знает. Нет, она нужна ему как ключ к разгадке его собственной художественной задачи. У него две куклы, одна стоит, другая лежит, но он не понимает, какую историю ему рассказывают эти куклы. Вероника все ставит на место. Только через ее душу он может попасть в собственный художественный мир. Именно поэтому он, кукольник, а не сама Вероника, обнаруживает снимок двойника. Он находит его потому, что внутренне ищет. Вероника эмоциональна, но слепа, она не понимает, а только чувствует. Ее зрением становится кукольник Александр Фабри. Так проблема существования обнаруживает себя через интуицию художника и через подтверждение в эксперименте (фотоснимок).
Чему послужит добытая истина? Это большой вопрос. К несчастью, оба героя эгоистичны. Александру история двух Вероник нужна для славы, Веронике - для того, чтобы у нее была душевная жизнь (в психологическом отношении она просто питается ею, поскольку жизнь ее пуста). Польская Вероника оказывается никому не нужна как объективно бывший человек, ее вспоминают и тут же выбрасывают на помойку памяти. Ни у кого из героев нет ни желания, ни малейшего шанса подтвердить ее историческое существование.
Но истина все равно обнаружена.

Мой архетип - Странник

Ценности:свобода, реализация, нестандартные идеи, гипотезы, индивидуальность.
Потребности:поиск индивидуальности, раскрытие тайн мироздания, взгляд в будущее.
Мотивация: раскрытие загадок природы и истории, интуиция, свобода.

Проявление архетипа: Принимает жизнь как приключение, пытается найти в ней свой смысл и предназначение, свое место. Любит философствовать, путешествовать как в мыслях, так и наяву. Эта сильная духом индивидуальность бравирует одиночеством и изоляцией для того, чтобы искать новые пути. Иконоборческий архетип помогает нам открыть нашу уникальность, наши перспективы, наши внутренние позывы.

Стиль управления: новаторский.
Предположительная ориентация деятельности: хирург, детектив, инспектор, наблюдатель, спелеолог, атомный физик, гипнотизер, психолог, занимающийся глубинной психологией, химик.

Лучшее проявление: способность отдавать, чуткость.
Худшее: уход в себя, увлечение рефлексией, диктатор, садист

Символ: Огонь Осознания.
Воплощение: Аид.
Стихия: Вода


За диктатора и садиста - спасибо тестующим от всей души. Тестуемый пьет до дна.