Category: искусство

Category was added automatically. Read all entries about "искусство".

Мои группы в Контакте

Древняя Месопотамия
История древнего Востока
Владимир Софроницкий
Надежда Андреевна Обухова
Евгений Боратынский
Владимир Щировский. Танец души
Александр Алексеевич Остужев
Философия истории и культуры
Густав Леонхардт

Об изображениях в шумеро-аккадский период

Если мы знаем, что древние египтяне считали образ человека (КА) важнейшей религиозной категорией и этому образу поклонялись, то шумеры не оставили никаких слов по поводу того, зачем нужно изображать людей и другие живые существа, и в шумерской религии точно нет категории, связанной с изображением. Более того, если от 25 века дошла плакетка с изображением царской семьи Ур-Нанше, на которой под каждой фигурой была подпись, кто это, то потом от этой традиции отказались, и ни на статуях, ни на печатях не подписывали то, что было изображено. Самое же замечательное в том, что шумеры никак не связывали значительность государственного лица с необходимостью его изображать. Например, до нас не дошло даже реалистичное изображение царя-бога Шульги, правившего Уром 48 лет, не говоря о более земных правителях. Мы не знаем, как выглядел автор первых реформ Урукагина или победитель Уммы Энметена. Мы точно не знаем, является ли голова бородатого семита именно головой Саргона Аккадского и не знаем, как в точности выглядел Хаммурапи. На сегодняшний день я могу сделать один вывод, который, по-видимому, будет трудно опровергнуть: изображение правителя всецело было инициативой самого правителя. Ур-Нанше захотел запечатлеться не один, а со всей семьей. Но это не стало традицией. Эанатум повелел изобразить свою войну с Уммой и победу на Стеле коршунов и сделать внизу надпись. И это изображение тоже не стало стандартным, потому что вообще не было канона, стандарта при изображении правителя. Нарам-Суэну поставили победную стелу, потому что его подвиг - победа над горным племенем луллубеев - был признан из ряда вон выходящим. Но кто его таковым признал? Да сам же царь Нарам-Суэн во всех надписях этого периода. Наконец, Гудеа наставил всюду своих статуй именно потому, что сам считал себя выдающимся строителем. Кстати говоря, именно статуи Гудеа стали первыми реалистичными изображениями человека на Ближнем Востоке. Его сын Ур-Нингирсу тоже получил такое изображение, а потом это прекратилось, и, таким образом, реалистичное изображение тоже не стало каноном. Дальше идет эпоха 3 династии Ура, в которую царей изображали на посвятительных гвоздях, но с одинаковыми лицами и со строительными корзинами на головах. А потом и это прекратилось, т.е. образы на гвоздях тоже не стали каноном. Напротив, если правитель не задумывался, стоит ли ему запечатлеться для потомков, то ему и не делали никаких изображений. А не делали их потому, что царя изображать необязательно. Нет в Месопотамии акцента на образе человека. А дальше решает желание конкретного человека и ничто больше.
Теперь о функции статуй. Статуи молятся за человека, которые их поставил, и рассказывают о его деятельности. Об этом мы знаем из надписей того же Гудеа. Но до Гудеа были только маленькие статуэтки адорантов без подписей. А статуя Нарам-Суэна вряд ли кому молилась, потому что он сам был бог. То есть, опять канона нет.
Отсюда может следовать общий вывод. Шумеро-аккадская цивилизация непортретна. Потому что она натуроцентрична. А портретны только антропоцентричные цивилизации. Кроме того, в шумеро-аккадской цивилизации есть сильный акцент на аудиальном восприятии информации, зрительное вторично. Напротив, для Египта первично именно зрение и зрительное начало. Может ли быть так, что натуроцентричные культуры преимущественно аудиальны, а антропоцентричные визуальны? Возможно.

Чтения к 50-летию со дня смерти А.Н.Егунова

Первый день Егуновских чтений.
Филфак, ауд. 191.
А.Л.Соболев и Т.М.Никольская озвучили то, что можно прочесть в сети.
Соболев https://lucas-v-leyden.livejournal.com/258644.html
Никольская http://magazines.russ.ru/zvezda/1997/7/nikol.html
Речь А.К.Гаврилова была совершенно оригинальной и не записана (акустика в зале ужасна).
"Андрей Николаевич был бы первым слушателем рэпа. Он любил поэму Вознесенского Оза и все, что исходит от языка...
Андрей Николаевич целую неделю жил под развешенными в его комнате портретами членов Политбюро. А вторую неделю жил под портретами семьи Романовых. Говорил, что хочет прочувствовать эпоху... Но ведь он еще был в оккупации, а потом жил в Германии в доме какого-то офицера. И там была библиотека... Так что Егунову довелось пожить и под другими портретами...
Думаю, что языки прокладывают как дороги. Егунов обращал внимание, что одни тексты созданы до сильной армии, другие до важных технических изобретений. Значит, переводить тоже нужно по-разному. Не надо переводить все одинаково хорошо...
Когда абдемовцы переводили Гелиодора, то они думали применить свои стилистические находки к новой литературе на русском языке...
Егунов говорил, что Блок ошибался, когда писал, что Русь отдаст красу чародею и не пропадет. Он не всех чародеев знал".

Вышли материалы международной конференции к 100-летию И.М.Дьяконова

В первый день нынешних Дьяконовских чтений вышел из печати том "Трудов Государственного Эрмитажа" с материалами конференции к 100-летию И.М.Дьяконова, состоявшейся в январе 2015 г. Тираж 300 экземпляров.



Прощание с выставкой "Модильяни, Сутин и другие"

Сегодня закрылась выставка "Модильяни, Сутин и другие легенды Монпарнаса", проходившая в Музее Фаберже с 25 ноября. Думаю, что она была для Петербурга событием огромной эстетической значимости и вполне сопоставима с выставками Эрмитажа. На выставке экспонировались картины из коллекции Йонаса Неттера, никогда не попадавшие в Россию.
Что осталось в памяти? Картины удачно освещены, свет падает как в театре. Фотовыставка уместно отделена от картин также при помощи света: на ней он яркий и во все стороны, а, направляясь к картинам, ты чувствуешь постепенное приглушение света и его концентрацию на изображениях.
Модильяни я видел много. И африканского, и египетского, и французского Модильяни. Надо сказать, что он однообразен. Он даже головы своим моделям делает одной формы. От этих эллипсов устаешь. И здесь было то же самое. Разные люди анфас в одинаковых позах и один портрет в профиль. Разумеется, Жанны Эбютерн. Все это весьма предсказуемо.
Но что было совершенно непредсказуемо, так это картина самой Жанны Эбютерн "Адам и Ева". Я даже не представлял себе, что она так замечательно умела рисовать и так продумывала изображения библейских символов. С ее уходом мир потерял начинавшегося мастера живописи.
Хаим Сутин оставил тяжелое впечатление. Сплошные комплексы, психушка, сублимированная через образы и краски.
У Сюзанны Валадон и Мориса Утрилло очень миленькие пейзажи.
Но совершенно сразил меня на этой выставке Моисей Кислинг. Я никогда не слышал о нем раньше. Не видел ни одной картины. И вот иду... Замечательные ню, отличный морской пейзаж Сен-Тропе... И вдруг... Я понял, зачем по большому счету нужно было приходить на эту выставку. Ты идешь, картины, картины - и вдруг свет! Сильнейший красный свет, но не агрессивный, а внутренний, не теплый, а идущий из какой-то незримой глубины. В этом свете вяжет женщина, лежат фрукты... А свет исходит от свитера женщины, но так, что этот свитер, кажется, отражает иную материю... "Женщина в красном свитере" (1917). Абсолютный шедевр и истинный духовный центр этой выставки.
Спасибо выставке за то, что она была.


100 лет Вицину

Вицину 100 лет. Это шутка хронологии, потому что при жизни все поздравляли его 23 апреля, а в паспорте у него стоял 1918 год.
Вицина я один раз видел живьем. Мне было 13 лет, пошел на вечер встречи с киноактерами, который состоялся в ДК им. Дзержинского. Объявили Вицина. Он вышел уверенно и со строгим лицом. Но на пути к рампе ноги стали выписывать какие-то кренделя, лицо исказилось блаженной улыбкой. Начался рассказ Зощенко, в котором была ударная фраза: "Я бы остался, но задние тоже хочут". После рассказа Вицин опять стал сам собой. Строгий человек, волевой, но при этом задумчивый. Он почему-то не знал, что дальше, а время еще оставалось. И он, действительно глубоко задумавшись, начал говорить, что хотел быть художником. Может быть, даже театральным декоратором типа мирискусников. Но был с детства застенчив. И чтобы преодолеть эту застенчивость, решил пойти в актеры. Ему так посоветовали. Ну, думал, пойду в актеры, а когда научусь общаться с людьми, то вернусь в художники. А потом понял, что такие художники не требуются. Писать реализм он не сможет, а символическое искусство под запретом. Значит, нужно оставаться в актерах, потому что эксцентриков пока не запрещают. И уже в 30-е годы Вицин начал читать рассказы Зощенко. Сперва для себя, а потом для знакомых. С этого актерство и началось... Вдруг он почувствовал, что как будто бы начал исповедоваться перед залом, настроенным на веселье. Это испугало его. Лицо стало снова дурашливым, и он сказал, указывая на кулисы: "Я бы, конечно, остался, но задние тоже хочут". Были аплодисменты. И было сожаление, что он вот так на полуслове оборвал свой исповедный монолог.
После Вицина вышла Клара Лучко, потом Надежда Румянцева, потом Кирилл Столяров... Все слушали, хлопали, но думали про Вицина. И потом в гардеробе обсуждали только его выход.
Что тогда показывали? Они ведь выступали с кинофрагментами... Не помню. Потому что живой Вицин всех и всё затмил.
Через много-много лет после того вечера я прочитал в его газетном интервью, что Вицин ненавидит Циолковского. Это были не просто слова, а поединок двух философов. Вицин говорил, что Циолковский со своей верой в лучистое вещество будущего отрицает природу и живую жизнь, а своей ненавистью к формам, и в том числе к форме животного, ставит человеческий разум против природы. Тогда я понял, что Вицин не просто кормит голубей на Арбате, а выполняет некую духовную миссию по сохранению форм живого. Действенно отрицает веру Циолковского в потерю телесности.
С ним так никто и не поговорил о философии.

Гудеа, статуя R

Harvard Semitic Museum, HSM 8826.
Диорит, сидящая статуя, голова и часть правой руки не сохранились. Надпись на спине, левом боку и задней части сиденья сохранилась лишь частично.
Статуя посвящена дарованию привилегий главному певцу Намхани.


(Спина)
I
1 Гудеа,
2 энси
3 Лагаша,
4 Праведный Пастырь, верный приказам
5 бога Нингирсу,
6 человек, обряды богов
7 исполняющий.
8 Когда Энинну
9 бога Нингирсу
II
1 он построил -
2 Намхани, главному певчему
3 (храма) Мунусгильса,
4 (с тем, чтобы за) серебром, бронзой,
5 корзинами с землей,
6 и всем остальным имуществом
7 в дом его никто не входил,
8 "возвращение к матери" (т.е. освобождение от налогов) ему дал.
9 В год этот 6 бур новой земли на поле Эгаба
10 он за ним закрепил.
(Задняя часть сиденья)
III колонка разбита.
IV
3 в храме Мунусгильса
4 "отверзание уст" он ей установил.
5 "Гудеа мне (свободу) дал" -
6 имя её.

Гудеа, статуя I

Лувр, АО 3293 (голова) + 4108 (туловище).
Черный диорит, сидящая статуя, руки сложены на груди. Надпись на одеянии и задней части сидения.
Статуя посвящена личному богу правителя Гудеа Нингишзиде.

(Одеяние)
I
1 Когда Нингирсу,
2 могучий герой
3 Энлиля,
4 Нингишзиде,
5 сыну Ниназу,
6 любимцу богов,
7 Киур в городе
8 установил,
II
1 поля на орошаемых землях
2 установил,
3 (а) Гудеа,
4 энси
5 Лагаша,
6 справедливый человек,
7 богом своим
8 любимый,
9 Нингирсу,
10 своему царю,
11 его Энинну - сияющий Анзу,
12 семиугольный храм-башню
13 построил,
14 (то) богине Нанше,
15 могучей госпоже,
16 своей госпоже,
III
1 Э-сирара -
2 Гору, из воды выступающую -
3 он построил,
4 великим богам Лагаша
5 их храмы
6 он построил,
7 Нингишзиде,
8 своему богу,
9 Э-гирсу
10 построил.
11 (Если) кого-то, подобно моему богу
12 Нингирсу,
13 его бог
(Задняя часть сиденья)
IV
1 в Собрании призовет, -
2 пусть к дому моего бога
3 в почтении
4 он пребывает!
5 Пусть имя его он называет!
6 Пусть этот человек моим другом будет!
V
1 Свою статую
2 он изготовил.
3 "Гудеа,
4 построившему храм,
5 жизнь
6 он даровал" -
7 имя ей дал,
8 в храм ее внес.

Гудеа, статуя N

Лувр, АО 22126.
Материал точно не известен (варианты: долерит, кальцит, стеатит). Стоящая фигура держит сосуд, из которого извергаются два потока воды, и в потоках плещутся рыбы. Надпись на передней стороне статуи.
По моему предположению, сюжет с изливающейся водой является намеком на получение правителем Гудеа священных МЕ (магических сил) от бога мудрости Энки. Он основан на игре словами разных языков: по-аккадски me значит "воды".
Источником сюжета является личная печать Гудеа. На ней личный бог правителя Нингишзида подводит Гудеа к богу Энки, от которого исходят МЕ, изображаемые в виде потока вод Абзу.

Статуя посвящена богине Гештинанне.


I
1 Гештинанне,
2 Аном выращенной (?),
3 любимой жене
4 Нингишзиды,
II
1 своей госпоже,
2 Гудеа,
3 энси
4 Лагаша,
5 ее храм в Гирсу
III
1 построил,
2 свою статую
3 создал.
4 "Гештинанна
5 жизнь ему даровала" -
6 имя ей дал,
7 в храм ее внес.

Гудеа, статуя H

Лувр, АО 4.
Зеленый и черный диорит, сидящая фигура, руки сложены на груди, голова, правое плечо и правая часть спины не сохранились. Надпись на колене и на нижней передней части одеяния.
Статуя посвящена богине Бау.


(Юбка)
I
1 Богине Бау,
2 Прекрасной Даме,
3 дочери Ана,
4 госпоже Урукуга,
5 Госпоже Изобилия, Дочери Ясного Неба,
6 своей госпоже, -
7 Гудеа,
8 энси
9 Лагаша.
II
1 Когда Э-тарсирсир,
2 ее любимый храм,
3 храм, достойный Урукуга,
4 ей он построил,
5 с гор Магана
6 диорит он спустил,
7 в свою статую
8 превратил,
III
1 "Госпожа, Любимая Дочь Ясного Неба,
2 мать Бау
3 от Э-тарсирсира
4 (правителю) Гудеа
5 Жизнь даровала" -
6 имя ей дал,
7 в храм Урукуга
8 ее внес.