banshur69 (banshur69) wrote,
banshur69
banshur69

Categories:

Обнажение многочлена


Прочел я тут намедни "Людей в голом". Это роман, собранный из ЖЖ-постов и отдельных внесетевых заметок филологом Андреем Аствацатуровым ast. Забавные истории из жизни питерско-комаровской филологической субкультуры.
Что я хочу сказать, друзья?
Нам с автором по 40 лет. Мы оба работаем в одном университете. Мы знаем одних и тех же людей. Но такое впечатление, что мы прожили две совершенно разных жизни, принадлежим к разным поколениям и работаем в разных местах.
Разумеется, это только иллюзия. И работаем вместе, и живем рядом, и жизни наши прошли за книгами. Наши впечатления разнятся только от двух вещей.
Первая такая вещь - социальное происхождение и связанная с этим мотивация к вертикальной мобильности. Это, доложу я вам, штука пренеприятнейшая. Внук академика Жирмунского, живущий на дедовской даче, имеет полное право прожигать свою жизнь, водиться с какой угодно нечистью, не желать стать кем-либо, а идти по накатанной колее своей среды. Среда же у него весьма специфическая. Собственные родители и родители друзей - уважаемые люди, весьма преуспевшие в науках, потому что еще не погас факел, переданный отцами-академиками. И родители, разумеется, желают ему добра, но точно такого же, как себе, не понимая, что эстафета уже дальше не передается. Что же касается сверстников, то это клуб нищих бездельников, богатых только славой своих предков и дедовыми же библиотеками. Они не знают, что им в жизни делать, потому что акме их рода уже в прошлом и теперь род медленно спускается под горку. Они пьют, курят траву и едят галлюциногенные грибы. Они устраивают на своих дачах притоны и публичные дома, разгоняют руками тучи и слушают психоделическую арабскую музыку, обычно подаваемую под кальян (но под траву тоже хорошо идет). Я навидался этих академических внуков в большом количестве. Они поступали в университет, пользовались уважением, адресованным не им, учились средне или плохо, но, за редким исключением, никогда не исключались. Потом они не становились никем, т.е. где-то о чем-то писали, что-то такое преподавали, а в основном жили помещиками на дедовских дачах. И, разумеется, никуда не стремились. Так вот, у меня не было деда-академика (хотя по университету ходил нелепейший слух о том, что я внук академика, иначе как бы я попал на Восточный факультет!), не было библиотеки, я каждый день занимался научной работой и едва ли не каждый день покупал книги. Мне сперва было непонятно, как это можно каждый день ничего не делать. А компания была милая, все люди очень добрые и умные. Но мое видение жизни было основано на стремлении состояться самому, поскольку я не имел помощи от прошлого и не мог оглянуться ни назад, ни по сторонам. Я должен был относиться к жизни серьезно. А этим ребятам их родословие позволило превратить жизнь в безделицу, которую они сами называли игрой. 
Так вот, такое серьезное отношение к жизни заставило меня иначе смотреть на данные мне и моим сверстникам способности. Я довольно быстро понял, что моему поколению (а это примерно 1967-1974) дана неплохая способность быть литераторами (писать стихи, прозу, эссе, заметки) и потрясающе сильная способность быть культурологами (историками и философами культуры). "Нам внятно все - и жар холодных числ, и сумрачный германский гений", мы хорошо можем и в рифму, и прозой, но вся штука в том, что это не наше призвание. Из наших рядов вряд ли выйдут классики литературы. В чистой филологии мы тоже можем преуспеть, но из всех наших филологических штудий нас тянет к осмыслению духовной культуры. А это значит, что мы невольно будем писать и о себе самих, потому что мы-то ведь тоже часть культуры и наше поколение тоже часть культуры. В таких задатках есть одна нехорошая позиция, к сожалению, неистребимая: мы поневоле вносим в свои исследования элементы творчества, у нас проблемы с тем, чтобы быть "как можно более прозрачным стеклом" (Гаспаров). Стремиться, конечно, надо, но получаться будет не очень.
И вот когда я прочел книгу Аствацатурова, то довольно быстро оценил его позу актера, играющего роль писателя, и его мышление культуролога, играющего в филологию. Эта книга - обнажение многочлена, состоящего из комаровского помещика, актерствующего лектора, эссеиста, философствующего филолога и желающего широкой публичной славы интеллигента. Напрасно он думает, что станет писателем или что он писатель. Это не художественная проза, а набор баек, естественно продолжающий линию Гаспарова-Жолковского, с интонацией, пародирующей Гришковца. Это не рассказ о состоявшихся современниках, каковой был интересен в устах Каверина - автора "Скандалиста", писавшего о своих друзьях, действительно бывших великими учеными. Это байка о рассеянном смысле жизни академических внуков, об их дилетантских устремлениях сделать все сразу (напиться, написать диссертацию, написать роман, организовать рок-группу) и о крахе этих бредовых устремлений. В сухом остатке такой жизни действительно должна быть самая горькая мудрость и самая утонченная философия. Но до этого остатка героям книги еще жить и жить. Мемуары сорокалетнего человека, пусть даже из интересной семьи, пусть даже в шутливой форме, представляются мне преждевременными. Интересно будет почитать наши мысли о мире лет этак через -дцать. А пока мы только-только очутились в сумрачном лесу и даже не увидели своего Вергилия.
Tags: Впечатления
Subscribe

  • Гильгамеш и колодцы

    Как Гильгамеш связан с копанием колодцев? Есть такой странный текст: "Если ты станешь рыть колодец, то помяни имя Гильгамеша!" Ну хорошо,…

  • "Глокая"

    В знаменитом высказывании Щербы понятно почти каждое слово. "Глокая куздра штеко бодланула бокра и кудрячит бокрёнка" Куздра и бокр - два…

  • К генеалогии Служкина

    Пушкин: Ленский (антипод - Онегин, дуэль) Гоголь: Манилов Тургенев: старик Кирсанов (антипод - Базаров, дуэль) Гончаров: Обломов (антипод - Штольц)…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments

  • Гильгамеш и колодцы

    Как Гильгамеш связан с копанием колодцев? Есть такой странный текст: "Если ты станешь рыть колодец, то помяни имя Гильгамеша!" Ну хорошо,…

  • "Глокая"

    В знаменитом высказывании Щербы понятно почти каждое слово. "Глокая куздра штеко бодланула бокра и кудрячит бокрёнка" Куздра и бокр - два…

  • К генеалогии Служкина

    Пушкин: Ленский (антипод - Онегин, дуэль) Гоголь: Манилов Тургенев: старик Кирсанов (антипод - Базаров, дуэль) Гончаров: Обломов (антипод - Штольц)…