banshur69 (banshur69) wrote,
banshur69
banshur69

Categories:

Послесловие к "Подстрочнику"


Вот и прошли последние титры.
Что я хочу сказать?
Прежде всего... Мы уже не сможем поблагодарить Лилианну за ее жизнь. Конечно, она была талантливым переводчиком со многих европейских языков. Но самым главным в ней был талант великого человека. Великой девушки, женщины, матери, друга, единомышленника, соратника по сопротивлению. Она стольким людям осветила жизнь, стольким помогла выжить, напечататься, состояться, стольких выучила, что список благодарностей был бы бесконечен.
Почему так интересно ее слушать? Потому что это монолог счастливого человека. Преобладающим состоянием в ней является радостное и благодарное отношение к жизни. Она смеется, играет, подшучивает над собой, с улыбкой на лице рассказывает о самых страшных днях своей жизни. Она действительно "дитя добра и света". Одновременно с этой светоносностью она еще и глубокий человек, но свою рефлексию она заворачивает в очень привлекательную оболочку. Неслучаен в ее рассказе момент сопоставления прозы Солженицына и Шаламова. Она говорит, что Солженицыну рассказ об Иване Денисовиче так удался именно потому, что он выбрал самый счастливый день, завернув лагерную жизнь в привлекательную оболочку. А Шаламов со своими тяжелыми, обличающими жизнь рассказами в солженицынскую десятку не попал, потому что пилюля изнутри и снаружи была слишком горька. Так вот, талант самой Лилианны именно в том и состоял, что она была окутана облаком сладкой жизненной оболочки, и это облако мешало ей предаться отчаянию при узнавании горькой жизненной сути. Впрочем, сама она считала таким облаком своего Симу Лунгина, который защищал ее от тягот материального быта. Но сдается мне, что дело не в этом, а в самой натуре Лилианны, в самом способе ее восприятия мира и людей.
Ей несказанно повезло вдохнуть в детстве воздуха свободы. Это сделало ее неподверженной советскому гипнозу и заодно снабдило профессией на всю жизнь. Но это не могло бы сделать ее счастливой. Дьяконов тоже жил в детстве за границей, так же блестяще и свободно знал языки, но все же преобладающим его настроением была тяжелая меланхолия, и его книга воспоминаний вполне воспроизводит присущее ему в жизни состояние.
Ей повезло и в том, что отец умер в своей постели и она не была репрессирована. Но ее кругом навсегда остался именно этот круг детей врагов народа. Здесь она раскрылась как друг и как профессионал.
Вот теперь от вещей очевидных нужно перейти к менее очевидным. О том, почему так интересно слушать Лилианну, я уже сказал. Теперь скажу о том, почему так важно ее слушать. Это одно из немногих полностью зафиксированных свидетельств, полученных из уст полностью ушедшего социального слоя, я бы даже сказал, ушедшей субкультуры. Эта субкультура вот какого рода. Их отцы и матери (Лунгиной, Аксенова, Окуджавы) были революционерами ленинского призыва. Это были романтики-идеалисты, комсомольские боги и богини, которые в самом деле хотели изменить и улучшить жизнь. У них были родственники за границей (или еврейские, или из числа политэмигрантов плехановского призыва), не было знатного происхождения и вообще не было никакой помощи от прошлого. И они пришли в революцию потому, что хотели какого-то особенного, нереального будущего, сделанного их собственными руками. Но они не учли два фактора. Первый - что они плохо стоят на земле и очень любят витать в облаках, а таких людей более практичные едят сразу. Второй - что в погоне за своим будущим они разрушают традиционную культуру и со временем, когда жизнь войдет в нормальное русло, им этого не простят. Вообще все революционеры забывают, что жизнь когда-нибудь входит в обычное русло, где они оказываются или не нужны, или вредны (если продолжают настаивать на своем). И вот, совершив эту революцию, романтики-идеалисты через несколько лет неизбежно сдают вахту прагматикам и чиновникам, которым никакой революции не нужно, а нужна только власть и собственность. И романтиков ставят к стенке. Во втором поколении все повторяется. Дети романтиков, которые теперь были уже дети врагов народа, оказываются выдавлены из общественной жизни детьми прагматиков. Причем интересно, что дети унаследовали жизненные стратегии отцов. В подполье уходит революционный романтизм, на первый план выдвигаются банальные мещане и приспособленцы. Но мещане не производят ничего интересного, а дети революционеров становятся новой интеллигенцией. Именно они - стиляги, диссиденты, западники, потенциальные эмигранты. Вот тут и начинается самое интересное. С одной стороны, на них нападают все те же мещане, но о них говорить не очень интересно. А с другой стороны, против них выступают носители традиционной русской культуры, т.е. поэты-крестьяне и писатели-крестьяне. Эта субкультура ненавидит новых интеллигентов как носителей большевистского сознания, гонителей православия и инициаторов расстрела царской семьи. Когда ты понимаешь этот конфликт российских субкультур, то скандал с аксеновским Метрополем поворачивается очень интересной стороной: вологодские крестьяне-критики Ф. Кузнецов и Кожинов под маской партийности выступают против детей большевистских активистов, в чем их поддерживает и глава деревенщиков Шолохов.
Теперь это второе поколение несогласных романтиков ушло в мир иной, нового революционного поколения мы не получили, потому что внуки и правнуки этих романтиков, как правило, уже в Штатах, во Франции или в Израиле. Западническая ветвь отмирает. В России наступает эпоха борьбы двух оставшихся сил - серых бюрократов и традиционалистов, которые делятся на два лагеря - православный и языческий. Демократы все более становятся национал-демократами, большевики - национал-большевиками. Субкультура безбожной эстетствующей интеллигенции, желающей жить по европейским нормам, уходит в небытие. Вот почему так важно вслушиваться в хронику-исповедь фильма "Подстрочник". Ее героиня передает нам через мираж экрана и через гул небытия свое свидетельство о возможности счастливо и достойно жить в самую злую пору общественной истории. А источником достойной жизни на поверку оказывается не вера, не убеждения, а самая обыкновенная человечность. Самая простая любовь. 
 
Tags: Размышления
Subscribe

  • Время и вечность в Египте и Месопотамии

    По-моему, очень интересный и убедительный доклад Дарьи Зиборовой. Соотношение египетской категории джет с греческим айоном, а нехех с хроносом…

  • Мудрость

    Много лет назад один мудрый человек сказал мне: "Мы будем воспринимать и обсуждать только то, что было сделано". Это очень глубоко. Мы ведь…

  • Мысль как категория культуры?

    Мне сегодня на лекции задали удивительный вопрос. 20 лет читаю курс "Категории культуры древнего Востока" - и только сегодня услышал:…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 17 comments

  • Время и вечность в Египте и Месопотамии

    По-моему, очень интересный и убедительный доклад Дарьи Зиборовой. Соотношение египетской категории джет с греческим айоном, а нехех с хроносом…

  • Мудрость

    Много лет назад один мудрый человек сказал мне: "Мы будем воспринимать и обсуждать только то, что было сделано". Это очень глубоко. Мы ведь…

  • Мысль как категория культуры?

    Мне сегодня на лекции задали удивительный вопрос. 20 лет читаю курс "Категории культуры древнего Востока" - и только сегодня услышал:…