banshur69 (banshur69) wrote,
banshur69
banshur69

Category:

Священный брак в фильмах Тарковского

Историк древней религии имеет другие глаза. Я говорил автору недавней книги о Тарковском, что без обряда священного брака в его кинематографе ничего нельзя понять. Он совсем меня не понял. Достоевский, говорит, да, Ильин - тоже да (хотя причем тут Ильин, о котором в 60-х мало кто помнил?). А обрядов, дескать, Тарковский не знал. Так дело не в этнографии, а в индивидуальной мифологии. В тех идеях, которые крутятся в человеке даже помимо образования.
В Ивановом детстве хроноцентром фильма была сцена поцелуя медсестры и лейтенанта. Все остальные сцены раньше или позже этой, главной. При этом медсестра зависает над траншеей как над пропастью, что означает не просто любовную сцену, а ритуальный акт, обряд перехода как таковой.
В Андрее Рублеве герой преображается после ночи с язычницей.
В Солярисе Крис начинает понимать тайну жизни и смерти после ночи с Хари.
В Зеркале все крутится вокруг Брака Отца и Матери в густой траве, и этот центральный акт дан в самом конце фильма как разгадка всей предыдущей его тайны.
В Сталкере Священный Брак героя и его жены порождает сверхсущество Мартышку с ее телекинезом.
В Ностальгии священного брака нет, и нет самой жизни. Все мучаются, ищут смысла.
В Жертвоприношении герой спасается в соитии с женщиной, которую его приятель считает ведьмой.
Tags: Наблюдения
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments