banshur69 (banshur69) wrote,
banshur69
banshur69

Category:

14 декабря. Вечер у Темирканова

Искусство Юрия Хатуевича Темирканова я люблю всю жизнь. В 1982 году смотрел в Кировском театре "Евгения Онегина" с дивным Лейферкусом-Онегиным и командороподобным Штоколовым в роли Гремина. Штоколов стоял как статуя, смотрел себе в живот и ревел утробным басом. В 1984 году был на одном из первых спектаклей "Пиковой дамы". Очень запомнился Алексей Стеблянко. Но лучше всего в этих операх был оркестр. Темирканов вел его страстно, но в то же время благородно. Не было визгливых нот, но в исполнении чувствовалась та неукротимая, могучая сила жизни, которая была главным импульсом всего творчества Чайковского. Темиркановское исполнение было адекватно композиторскому гению. Потом я долгие годы слушал Темирканова в Филармонии. И его Чайковский, и его Шостакович были очень непохожи на тех, которые выходили из-под палочки Мравинского. Мравинский все же был педант, методист, доктор кукольных наук. А Темирканов - порывистый гений, умеющий при огромном вдохновении не портить форму произведения, не хулиганить и не давать пассажи "от себя", что сплошь и рядом свойственно именно порывистым гениям. Это, я думаю, оттого, что он внимательный читатель партитуры, которому интересен музыкальный текст. И о самих композиторах он знает очень много. Не говоря уже о том, сколько он знает об оркестрах мира. Ко всему этому следует прибавить, что свою жизнь он прожил с гордо поднятой головой, с таким достоинством, что не он припадал к стопам власть предержащих, но, напротив, они считали для себя за честь оказаться рядом с ним. Так было при всех правлениях и режимах. И вдохновения своего Темирканов не утратил именно потому, что не вступал в сделку с дьяволом. Одним словом, нельзя не любить Темирканова.
Вчера состоялся юбилейный вечер в Филармонии, к ночи растиражированный всеми каналами российского ТВ, потому что на нем внезапно появился Путин. Мне посчастливилось быть на этом вечере, и я хочу оставить на память несколько его моментов, которые были видны только из зала.
Кисин, к сожалению, не приехал. Вместо него два номера получил Мацуев, но бог с ним. Истинным откровением этого вечера было выступление Элисо Вирсаладзе, исполнившей 2 часть 21-го концерта Моцарта с оркестром Филармонии под управлением великого Мариса Янсонса. Элисо Константиновна сидела абсолютно прямо и неподвижно, пока начинал играть оркестр. Руки были опущены вниз. Она не растирала их тряпкой, как это систематически делает Мацуев. Оркестр начал как-то громко и даже бравурно. Когда пришел черед Вирсаладзе, она заиграла тихо и нежно, и после нескольких ее нот весь оркестр перестроился на то же состояние как по команде. Вместе с нежностью пришла медитация, и мы через несколько секунд улетели, забыв и про юбиляра, и про пианиста. Нами овладела сама музыка. И пока длилось это чудо, мы находились где-то в ее чертогах. Верный признак совершенного искусства - отсутствие аплодисментов в течение 2-3 секунд после окончания музыки. Мы вернулись на землю секунды через 3 и начали очень негромко аплодировать, потому что власть Моцарта еще не покинула нас. Вирсаладзе ушла, потом вернулась. И только после ее возвращения началась та буря оваций, тот шквал страстей, те цветы, которые... все равно не могли передать охватившего нас состояния. Мы, весь зал и каждый находившийся в нем человек, единодушно и единомоментно поняли: вот оно! Ради этого и нужно быть музыкантом.
Ничего подобного больше не случилось. Вадим Репин замечательно, просто очень хорошо и талантливо играл Интродукцию Сен-Санса. Наталья Гутман очевидно хорошо, певуче играла фрагмент концерта Лало. Но ведь она может гораздо больше, а большего почему-то не случилось. Башмет отвратительно, невнятно и очень тихо, играл Чайковского, Andante cantabile. Про вокалистов я лучше помолчу. Бурчуладзе в куплетах Мефистофеля порой не было слышно вообще.
На концерт съехался весь бомонд, вся, так сказать, богема вкупе с представителями власти. В зале сидели академики Алферов и Фаддеев, из области большого искусства были видны Додин и Сокуров, Ксения Раппопорт, Эйфман и Басилашвили. Из области просто искусства всюду мелькал Федор Бондарчук. Ну, конечно, губернатор, полпред, ведущий вечера Швыдкой, и т.д. и т.п. Билеты были от 10 до 20 тысяч, но несмотря на это, в зале было множество простых любителей музыки. Билеты продавались свободно, и, в частности, впс смог спокойно купить билет в кассе Филармонии.
В начале второго отделения женщина, сидевшая за мной, вдруг громко сказала: "Владимир Владимирович!" Я обернулся, думая, что встретил знакомую. Но она смотрела не на меня, а в сторону ложи, где только что появился Темирканов. И вдруг я увидел рядом с ним... Путина. И вот тут начался интересный спектакль. Раздались весьма немногочисленные аплодисменты, шедшие из средней части партера. Первые ряды, где сидели академики и великие мастера сцены, не хлопали. Задние тоже не спешили. Путин увидел, что массовой овации со скандежом не выйдет, и быстро сел рядом с Маэстро, тем самым усадив и зал. Было видно, что встреча не понравилась ему, и по окончании концерта он захочет взять реванш и взять зал штурмом. По окончании второго отделения Путин сразу вышел на авансцену, и вышел он под аплодисменты Янсонсу, до того виртуозно скомпоновавшему фрагменты классики в шутливое поздравление "Happy Birthday to you!" Итак, он вышел под остатки чужих аплодисментов. Но он-то хотел своих собственных. И вот, широко расставив ноги, Путин стал громко говорить в микрофон, чеканя каждое слово. Говоря, он стал виден каждому. По своему впечатлению могу сказать, что он очень похож на Ленина, каким тот предстает в кинохронике. Виднее всего в нем воля и желание побеждать. Его разум всецело подчинен этой воле. Он сделает все, чтобы не просто понравиться аудитории, но вызвать в ней восторг. Он спортсмен, он актер, он психолог. У него прекрасная память, он способен выучить и воспроизвести факты, от которых его расцелует интеллигенция. Вот и вчера он говорил о Петербурге как оплоте европейской культуры, о великих композиторах 19 века, выступавших в Дворянском собрании, о прекрасном воспитании, которое давала советская школа в Ленинграде, о Мравинском и об оркестре Филармонии... В конце его речи была буря оваций, и своей цели он достиг: получил те аплодисменты, которые уже не касались Темирканова и музыкантов. Потом было вручение ордена и троекратное лобызание. Между прочим, Басилашвили покинул зал еще задолго до конца этого спектакля...
Интересно, что на всем протяжении второго отделения концерта Путин неоднократно подносил платок к глазам. Он плакал. Он сентиментален. Музыка оказывает на него сильное внешнее воздействие. Но вот я думаю: если бы довелось ему услышать игру Вирсаладзе - смог ли бы он подняться и улететь в царство музыки вместе со всеми или нет? Ведь царство это не от мира сего, и ни смеха, ни плача там не бывает.
Tags: Впечатления
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments