banshur69 (banshur69) wrote,
banshur69
banshur69

Categories:

Интервью

25 ноября 2013 г.

А.Ш.: Скажите, пожалуйста, когда и из каких источников лично Вам стало известно о слиянии исторического и философского факультетов СПбГУ в Институт истории и философии?

В.Е.: Я узнал о готовящемся слиянии от своих московских коллег из МГУ. Они были информированы об этом примерно за неделю до сотрудников нашего университета. Честно говоря, этой информации я сперва не поверил, и даже пытался убедить коллег, что они что-то не так поняли и речь идет о создании какого-нибудь очередного “кустового” управления. Однако через неделю информация была подтверждена на странице доцента исторического факультета СПбГУ Тимофея Викторовича Антонова. Он сообщил об Ученом совете и о результатах голосования. Тогда я написал коллегам в Москве, что они были правы и что вообще они куда лучше информированы о том, что у нас происходит, чем мы сами.

А.Ш.: На своей странице Вконтакте Вы написали, что поддерживаете протестующих. Почему? Какие опасения вызывает у Вас подобная реформа?

Ваш покорный слуга 11 лет работал на Философском факультете и уже 5 лет преподает историю Древнего Востока на Историческом факультете. У меня две ученых степени – историческая и философская. Поэтому давайте я сперва отвечу как метафизик, а потом как историк.

Напомню финал романа М.А.Булгакова “Мастер и Маргарита”:

“Каждый год, лишь только наступает весеннее праздничное полнолуние,

под вечер появляется под липами на Патриарших прудах человек лет тридцати


или тридцати с лишним. Рыжеватый, зеленоглазый,  скромно  одетый  человек. 
Это - сотрудник института истории и философии, профессор  Иван  Николаевич


Понырев… Ивану Николаевичу все известно, он все знает и  понимает.  Он  знает, что в молодости он стал
 жертвой  преступных  гипнотизеров,  лечился  после этого и вылечился. Но знает он также, что кое с чем 
он совладать не может”.


 


Сотрудник Института истории и философии не может совладать с истиной, которая является к нему только 
во сне и только в полнолуние. Булгаков знал, о чем он пишет. Подобные институты забвения истории 
большевики создавали в начале 1930-х годов специально для того, чтобы скрыть истину под спудом 
марксистской философии. Историков ставили под начальство философов, чтобы выработать некое единое, 
а на деле - удобное власти и оправдывающее власть - представление об историческом процессе. 
Иван Николаевич страшится истины, поэтому просит жену успокаивать его в полнолуние уколами. 
Более того, он и не готов к полному восприятию истины. Бывший поэт Иван Бездомный, не знающий 
никаких языков, не получивший систематического образования, не разбирающийся толком ни в истории, 
ни в философии, несомненно, работает идеологом на службе у Советской власти. И только во сне он видит 
то, что происходило на самом деле. Видит – но не может сделать из своего сна никаких выводов. 
Опыт у него есть, хотя бы сновидческий опыт, но нет необходимых знаний и методов для того, чтобы 
его анализировать. Поэтому он вовсе предпочитает забыться. Так вот, как вы уже поняли, институт истории 
и философии в романе Булгакова – символ невежества и забвения как истории, так и философии. 
Мало того – это символ забвения истины как таковой. Спасение Понырева и московских обывателей – 
в том, чтобы эту истину не помнить и не знать, иначе жизнь станет невыносимой. Обычный человек может 
просто не справиться с тем, что его жизнь является ареной битвы Бога и Дьявола. И вот для успокоения 
людей, для введения их жизни в размеренное русло создаются институты истории и философии, в которых 
все сотрудники заняты только тем, чтобы разлучить общество и отдельного человека с высшим началом, 
снизив потолок сущего с Истины до социальной иерархии. Желания современного российского государства 
и значительной части общества очень напоминают тенденции начала 30-х годов. И нас снова хотят лишить 
Истины путем создания идеологических институтов смешанного типа, в которых неизбежно будет 
процветать невежество. Но мы не должны повторять печальный опыт предков, тем более не следует 
желать забвения и колоть очередное ядовитое успокоительное.


 


Теперь отвечу рационально и как историк. Сперва рассмотрим само понятие “институт”. Инициаторы слияния 
ссылаются на западный опыт: дескать, на Западе университеты состоят из институтов, которые имеют 
юридическую самостоятельность. Как человек, очень много ездящий с докладами и лекциями в различные 
университеты мира, хочу сказать, что все обстоит несколько иначе. Например, немецкие университеты 
состоят из факультетов, которые, в свою очередь, делятся на институты, а институты состоят из кафедр. 
Причем понятие института связано с отдельной научной специализацией, а вовсе не со слиянием нескольких 
крупных научных дисциплин. Так, философский факультет Йенского университета состоит из институтов 
философии, истории, германской литературы, германской истории, славистики, языков и культур Ближнего 
Востока, музыковедения. В свою очередь, каждый институт делится на кафедры (Lehrstuhl), причем каждая 
кафедра располагает собственной библиотекой, занимает от 1 до 3 собственных этажей, имеет свою 
канцелярию и свою независимую администрацию. Понимаете теперь, насколько велико различие между 
двумя смыслами, вложенными в слово “институт”? У нас хотят уничтожить научные специализации и 
научные школы путем слияния крупных факультетов во что-то неопределенное (напоминающее советское 
обществоведение), а в Германии хотят как можно больше дифференцировать специализации и обеспечить 
каждую своей особой инфраструктурой.


Теперь обратим внимание на методологию обеих сливаемых дисциплин. Историк занимается исследованием 
объективных фактов, у него есть шанс сделать научное открытие. Археолог делает его в поле, источниковед
 в архиве, искусствовед в галерее. Философ не может сделать научное открытие, потому что он занимается 
творчеством, а не исследованием. Это не художественное, а логическое творчество, но суть от этого не 
меняется. Философ создает систему, которая на время проясняет опыт человечества и содержит некоторые 
рекомендации по эксплуатации будущего. Но система философа не существует объективно, она не факт и 
не вывод из факта, и, размышляя, философ не делает приращений к истине. Если объединить историю и 
философию, то получатся какие-нибудь два крыловских персонажа, скорее всего – рак и лебедь. Рак 
пятится назад – это историк. А лебедь рвется в облака – таков философ. Один из этих персонажей будет 
доминировать в связке, и даже понятно какой. Чтобы стать историком, нужно очень многое знать в 
деталях, нужно владеть языками, помнить хронологию и уметь пользоваться специальной методологией. 
Археолог-первобытник и археолог-античник это, по сути, разные специализации и разные книги. Чтобы стать
 философом, можно знать гораздо меньше, читать тексты в переводах, а не в оригиналах, зато иметь 
синтетическое мышление и способность к широким обобщениям. Это хорошо, но этого явно недостаточно 
для того, чтобы понять поиски историка. Поэтому философия в силу своей широты и безоглядности вновь 
попытается доминировать над историей, будучи запряженной с ней в одну телегу. А это уже плохо и для 
науки, и для самой философии, которая питается ее плодами. Поэтому считаю попытку слияния истории и 
философии в институт покушением не просто на самостоятельность факультетов, а на саму научную истину.


Но у всякого процесса есть и оборотная сторона. Как говорится, “нет худа без добра”. Может быть, эта 
ситуация будет способствовать не насильственному, а добровольному союзу историков и философов. Они, 
наконец, больше узнают друг о друге. А то совсем недавно были времена, когда между факультетами 
пролегали толстые решетки. Такие же решетки стояли и между двумя этими ветвями гуманитарной науки. 
Это недопустимо. Историкам и философам нужно больше взаимодействовать не на поле митингов, а, 
например, в общем семинаре, где оба факультета обсуждали бы один доклад - каждый в своей методологии 
и теории. Университету не хватает не столько пресловутой междисциплинарности, сколько понимания 
общего пути в науке. Я бы даже сказал, что университету не хватает его главной черты – универсализма в 
научном познании. Но этот универсализм достигается в результате интереса представителей различных 
специальностей к одним и тем же проблемам, а вовсе не насильственными слияниями и поглощениями 
направлений и методик.


 


А.Ш.: Как Вы считаете, то, что происходит, это закономерность или что-то из ряда вон выходящее?

В.Е.: К сожалению, закономерность, и не только у нас. Я только что был свидетелем очень неприятных процессов по сокращению востоковедных кафедр в Германии. Аналогичные процессы происходят и в Швейцарии, и в Великобритании. На волне кризиса стараются избавиться от самых бесполезных специализаций. А чемпионами в этом плане считаются так называемые “орхидейные” специальности – эфиопистика, индология, иранистика, ассириология. Сокращаются ставки, преподаватели лишаются постоянных мест и работают только по грантам, переезжая из страны в страну. В такие времена гуманитарии страдают первыми. (Но там, конечно, никому не приходят в голову идеи типа слияния историков и философов в один институт). Современные правительства и народы слишком презрительно начинают относиться к истине, не понимая, что она мстит за это невежеством, одичанием и войнами.


А.Ш.: Как относятся в кругу Ваших коллег к этой реформе?

В.Е.: Резко отрицательно. Я еще не слышал ни одного сколько-нибудь положительного отзыва. Те, с кем я беседовал, возмущены волюнтаризмом авторов этой идеи, тем, что научные коллективы не были поставлены в известность, не были проведены широкие обсуждения на кафедрах и в студенческих коллективах.


А.Ш.: Как Вы считаете, как в сложившейся ситуации следует вести себя протестующим? Есть ли у них шансы на успех?

В.Е.: Когда возникает какая-то сложная ситуация и нужно принять решение, то лучше всего прислушаться к голосу своей совести. Совесть есть у каждого. Она компас. Успех бывает не всегда. Но всегда бывает ответ совести, который ты чувствуешь. И, независимо от результата, понимаешь, правильно ты поступил или нет.

Tags: Мои публикации
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment