banshur69 (banshur69) wrote,
banshur69
banshur69

Categories:

Вячеслав Алексеевич Шилейко (1959-2006). Что помню

Вячеслав у меня за всю жизнь пока только один. Никогда не было знакомых с таким именем.
Вячеслав Алексеевич Шилейко, которого все называли только Славой, был человеком есенинского склада, но почему-то работал доцентом МИИТа. Лирика в нем было гораздо больше, чем физика. Но физик, тем не менее, присутствовал. Физик в нем написал диссертацию, прекрасно водил машину и мог ловко ее починить. У него были золотые руки и не менее золотое сердце. Слава был поздним ребенком, немного странным и немного заторможенным. У него не было семьи. В родительской семье относились к нему прохладно, совершенно его не понимали и не чувствовали. Мечтательный мальчик с большими наивными глазами и не менее большими руками труженика. У меня нет его фото.
Дальше говорит мой дневник:

6.02.2005

Вернулся из Москвы (1-4 февраля, МГУ, Сергеевские чтения по истории древнего мира). Первого утром приехал к Диме и сразу позвонил на мобильный телефон А.В.Шилейко. Трубку сняла Тамара Ивановна и спокойным голосом сказала, что она сейчас в больнице, а Алексей Вольдемарович умер 28 января и сейчас его должны хоронить на Немецком кладбище в могилу отца. Я вспомнил наш последний телефонный разговор 3 января. А.В. сказал, что у него недавно умер кот и сам он лежит дома после лучевой терапии. Ждал меня в гости. Я позвонил на мобильный сына А.В. Слава ответил, что гроб уже понесли и на похороны я не успеваю, а вот на поминки в 14.30 в кафе МИИТа могу успеть. Успел. В кафе было около 30 человек, в основном сослуживцы А.В. по институту и его родные (сын, дочь и семья дочери).
...Из МГУ я помчался к Славе Шилейко, где мы вдвоем, при свечах и портретах А.В с котом, отметили девятый день. Две бутылки кагора, кастрюля пельменей и салат из салата с яйцом. Уходил я очень плохой, старался смотреть под ноги, чтоб не так тошнило (о, незабвенный Веничка!). Кое-как (но прямо и не сгибаясь!) дошел до вагона, поставил сумку на лавку, лег на сумку и отключился. Сердобольный пассажир принес мне белье и даже отдал сдачу. Я постелился, лег и отключился до самого Колпино.

Летом 2005 г. Слава встретил меня у метро Бауманская около машины и сразу повез на Введенское кладбище. Сказал, чтобы я запомнил место - за могилой Мюра направо. Там и старшие Шилейки, и Андреевы, и теперь Алексей Вольдемарович. Подробно рассказывал, как очищал могилу от грязного снега, менял ограду, подметал вокруг, а потом пропалывал участок. "Вот сюда Вы теперь и будете приходить". И улыбался, довольный.

19.06.2006

12-го днем у Шилейко. Тамара Ивановна с трубкой, торчащей из резаного горла. При разговоре трубка свистит, как резиновая грелка. Прошу за три дня прочесть материалы по книге В.К.Шилейко и вернуть с исправлениями. Пока она смотрит эти материалы, иду в комнату Славы. Он лежит на кровати за шкафом, лицом к окну, завернутый в одеяло. Стоит капельница. Сидит медсестра. Слава медленно тает после раковой операции, выписанный из больницы. Он исхудал и очень страдает. Когда ему хорошо – играет с миниатюрным компьютером. Но хорошо бывает редко. Чтобы хорошо – нужны капельницы. Говорит очень ровным и бодрым голосом. Спрашиваю, читает ли книги, слушает ли радио. Ничего не слушает. Смотрит только на верхушки деревьев за окном - это радует и успокаивает его. Читает все подряд, даже какой-то роман Серафимовича. Медленно понимаю, что Серафимович – тоже жизнь. Всё жизнь, поэтому хочется всего, особенно солнечного света и зеленых листьев за окном. Обещаю прийти через три дня, прощаюсь, ухожу.
...15-го днем снова зашел к Шилейкам. Тамара Ивановна сделала три замечания по фактам жизни родственников В.К.Андреевой. Еще она сказала, что вначале обиделась за Веру Константиновну, которую я обрисовал как слишком земную. Но потом вспомнила, что ее свекровь действительно любила вести домашнюю бухгалтерию и, по воспоминаниям близких, эти счета и выкладки семейного бюджета очень раздражали В.К. Поэтому Т.И. все-таки со мной согласилась. Потом я прошел в комнату Славы. Перед тем, как сделать это, я мучительно перебирал в уме возможные варианты прощания. Угасающему человеку не скажешь “прощай”, это тяжело ранит его. Не скажешь и “до свидания”. До какого свидания? Поэтому я просто сказал: “Надеюсь, мы еще увидимся”. Он молча кивнул и протянул мне руку, обмотанную бинтами после капельницы. И так мы простились, а я сказал, что книга, наверно, выйдет в начале 2007-го… А потом подумал, что для него время уже потекло иначе и зря я назвал эту дату. Для него это условно-нереальное будущее. Вот такая грамматика. Попрощались с Тамарой Ивановной у лифта. Я сказал: “Держитесь!” Она спросила: “За кого?” Накануне у нее родилась правнучка, но для нее это совсем другая история.

19.08.2006

Днем я позвонил... Тамаре Ивановне Шилейко. Она сказала, что Слава умер 2 июля… В июне мы простились с ним надолго. Я вспомнил его, лежащего при капельнице, одна рука в бинтах, другая нажимает кнопки игрушечного компьютера. Всё, всё, Славочка, прощай, дорогой мой, не был ты любим в жизни ни отцом, ни матерью, и потому от жизни ушел. Полгода после смерти отца непрерывно обустраивал могилу, - оказалось, постель себе стелил.
Tags: Встречи. Календарь
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments