banshur69 (banshur69) wrote,
banshur69
banshur69

Category:

Тезисы докладов конференции на Восточном факультете

Секция 12.
секция
Древнего Востока
sources and historiography of the Ancient East

 

В.В. Емельянов
(ВФ СПбГУ)
Нинурта как бог Вселенной в среднеассирийском гимне из Ашшура

Из клинописной библиотеки г. Ашшура до нас дошел фрагмент гимна шумерскому богу Нинурте, выполненный среднеассирийской клинописью (VAT 9739). По палеографическим особенностям он датируется концом II тыс. до н.э. Фрагмент был опубликован Э. Эбелингом в издании корпуса религиозных текстов из Ашшура (KAR 3, Nr. 102).

 

В начале гимна сообщается о том, что Собрание богов возвысило героя Нинурту над собою и добровольно передало ему свои обряды, должности и функции. Нинурту называют «обладатель царственности над владыками». В дальнейшей сохранившейся части текста боги названы частями тела Нинурты. Сравнение идет от головы к нижним частям тела. Конец текста не сохранился.

Начальные строки гимна Нинурте заставляют вспомнить известную параллель из средневавилонского эпоса «Энума элиш», в котором Собрание богов вручает свои обряды и должности Мардуку, победившему Тиамат. Впоследствии Мардук становится царем всех богов мира.

Культ Нинурты был распространен в Месопотамии с Раннединастического периода. В шумерской традиции Нинурта – первородный сын Энлиля – считался новогодним героем, победителем Асага и покровителем земледельцев. До Старовавилонского периода Нинурта считался также покровителем царя и охранителем его власти. Впоследствии эта роль была передана Мардуку. Но после подчинения Вавилона ассирийцам Нинурта снова стал покровительствовать царю. В генеалогии богов Среднеассирийского периода он считался сыном Ашшура. В свою очередь, Ашшур назывался Эллилем богов Ассирии.

Особое значение культ Нинурты приобретает во время правления Тукульти-Нинурты I (1244-1208 гг.), имя которого значит «Защити, Нинурта!». После завоевания Вавилона и увоза статуи Мардука в Ассирию этот правитель называл себя «царь всего», «царь Вселенной», «вечный образ Эллиля». Можно предположить, что гимн, прославляющий Нинурту как тело Вселенной, мог появиться только во время правления Тукульти-Нинурты I.

 

А.А. Немировский
(ИВИ РАН)
К вопросу о происхождении «надписи Лугальаннемунду»:
историко-географический аспект

Старовавилонская шумероязычная композиция, дошедшая в табличках XVII в. до н.э. (CBS 474, 1217, 342) и составленная от лица Лугальаннемунду, раннединастического шумерского царя Адаба (ок. 2400 г.), приписывает ему гегемонию над всем окружающим Шумер миром и содержит несколько раз повторенный перечень окружающих Шумер регионов, подчиняющихся этой гегемонии. Эта композиция традиционно считается апокрифом, сочиненным старовавилонскими писцами и не имеющим отношения к подлинным текстам и событиям времен Лугальаннемунду.

Однако в названном перечне регионов присутствуют «горная страна Эанна» к югу от Шумера, «горная Страна кедра» к востоку от Шумера и страны «Марту» и «Сутиум» как отдельные, смежные друг с другом страны к юго-западу-западу от Шумера, что отражает реалии и номенклатуру, уже не существовавшие после раннединастической (в случаях с Эанной и Страной кедра) и староаккадской (в случае с отдельным существованием Марту и Сутиума) эпох. При этом в перечне не отражены реалии и хоронимы, которых в раннединастическую эпоху еще не было. Перечень, таким образом, действительно заимствован из каких-то раннединастических текстов, а с учетом его места в содержании всей композиции это позволяет ставить вопрос о том, что и ее ядро восходит к раннединастике, то есть к реальному Лугальаннемунду. Независимо от этого, указанный перечень представляет собой первую из дошедших от месопотамцев, еще раннединастическую, вербальную «карту (большей части) мира».

 

М.А. Редина
(ИВР РАН, СПб)
Ниппурский архив и его роль в изучении Касситского периода
истории Вавилонии (1595-1157 гг. до н.э.)

Касситский период истории Месопотамии является наименее изученным из всех, несмотря на то, что он был самым длительным (около 1595-1157гг. до н.э.). Причина этого заключается в характере источников, дошедших от Касситского времени. Большая их часть (около 12000 табличек) была получена при раскопках в Ниппуре на протяжении почти 90 лет (с 90х гг. XIXв. по 80е гг. XX в.) экспедициями Пенсильванского и Чикагского Университетов, США, и представляет собой документы хозяйственной отчетности (которых большинство), отчеты о сделках купли-продажи и аренды, юридические тексты, а также письма. Помимо табличек из Ниппура, до нас дошли тексты из Ура, Урука и Дур-Куригальзу.

По всей вероятности, тексты из Ниппурского архива составляли храмовый архив документов хозяйственной отчетности. Опубликованные тексты из этого архива охватывают примерно 130 лет господства Касситской династии (1356-1223гг. до н.э.) и относятся ко времени правления Бурна-Буриаша II, Куригальзу II, Нази-Марутташа, Кадашмана-Турку, Кадашман-Энлиля и Шагаракти-Шуриаша.

В данных текстах содержится разноплановая информация, освещающая, прежде всего, социально-экономическую историю Касситского периода. В документах из Ниппурского архива фигурируют администраторы всех уровней – от управителей Ниппура до рядовых рабочих, что позволяет провести просопографическое исследование текстов; фиксируются выдачи и получение рационов, перераспределение материальных благ между различными хозяйствами, снабжение ремесленников сырьем, а также сделки купли-продажи различных продуктов. Документы содержат информацию о системе мер и весов, серебряном и золотом стандартах, используемых во время правления Касситской династии. Изучение текстов из Ниппурского архива даст возможность осветить различные стороны хозяйственной жизни города Ниппура, что в сравнении с данными других архивов этого периода позволит создать целостную картину социально-экономической истории Касситского времени.

 

М.В. Сологубова
(ВФ СПбГУ)
Особенности датировки глиптики из касситской Вавилонии
и Элама (XV-XIII вв. до н.э.)

Глиптика – один из самых распространенных на древнем Ближнем Востоке видов изобразительного искусства. В Месопотамии и соседних регионах искусство глиптики зародилось еще в V тыс. до н.э., постепенно обретая все новые формы. Уже в IV тыс. до н.э., наряду с другими видами глиптики, в Месопотамии и Эламе стали появляться цилиндрические печати, которые постепенно распространились по всему Ближнему Востоку и Северной Африке. Ко II тыс. до н.э. цилиндрическая печать стала едва ли не самым характерным предметом культуры, как для Месопотамии, так и почти для всего Ближнего Востока.

В начале XVI в. до н.э. Вавилония (Южная Месопотамия) оказалась под властью новой правящей династии касситского происхождения. В период царствования касситской династии появился новый вид цилиндрических печатей, который вскоре стал использоваться не только в самой Вавилонии, но также в соседних государствах – Ассирии и Эламе.

Глиптика является важным источником по истории, экономике и культуре Месопотамии XV-XIII вв. до н.э. Помимо самих печатей до нас дошли тысячи оттисков печатей, оставленных на клинописных документах. Нередко благодаря оттиску печати мы можем получить дополнительную информацию о самом документе. Цилиндрическая печать была личным знаком человека, и, как правило, содержала надпись, из которой можно получить информацию касательно социального статуса ее владельца. Также благодаря оттиску печати на документе можно датировать сам документ в случае отсутствия на нем датировочной формулы.

Датировка цилиндрических печатей имеет свои особенности. Можно выделить два типа датировки: абсолютную и относительную. Абсолютная датировка предполагает обращение к содержанию надписи печати, в которых могут упоминаться имена людей и события, позволяющие датировать предмет с большой степенью точности. К сожалению, для надписей на печатях касситского периода нередко характерно отсутствие личных имен, что зачастую исключает возможность датировать печать, полагаясь только на упоминание личного имени в других датируемых источниках. Относительная датировка позволяет датировать печати по косвенным признакам, полагаясь на характер и стиль изображения, а также на особенности написания клинописных знаков надписи.

А.А. Амбарцумян
(Изд-во ФФИ СПбГУ)
Древнеиранская легенда о Зариадре и Одатиде
как иллюстрация обряда инициации

Содержание древнеиранской легенды о романтической любви Зариадра и Одатиды известно благодаря пересказу греческого писателя Афинея Навкратийского («Пир софистов», §575, начало III в. н.э.), который в свою очередь почерпнул ее из «Истории Александра Македонского» Хареса Митиленского (IV в. до н.э.). Харес был хорошо знаком с персидскими обычаями, сам происходил из персидской Эллады – Эолиды, и сопровождал Александра в его персидских походах. Легенда гласит, что у царя Мидии и «нижней страны» (Персии) Гистаспа, сына богов Адониса и Афродиты, был младший брат Зариадр, правившей «верхней страной» от Каспийских ворот до Танаиса. Незнакомые ранее Зариадр и Одатида, дочь царя затанаисских марафов Омарта, одновременно влюбляются друг в друга во сне и стремятся найти друг друга. Поиски приводят Зариадра ко дворцу Омарта; переодевшись в одежду скифского воина он попадает на предбрачное торжество, во время которого Одатида сама должна выбрать себе жениха. Влюбленные узнают друг друга, Одатида тайно вручает Зариадру золотую чашу любви с вином и затем бежит вместе с ним из отцовского дома. В конце Харес добавляет, что «эта любовь пользуется известностью у живущих в Азии варваров и ставится очень высоко, сказание о ней изображают на картинах в храмах и дворцах, а также и в частных домах». В данном случае имеются в виду жреческие храмы (от формы ед.ч. греч. слова hieron «жреческий храм»). В свое время Адольф Рапп (1866 г.) признавал вполне очевидным то, что этот миф имел религиозное значение, поскольку он изображался на стенах религиозных храмов. Однако, по его мнению, «ключ к этой интригующей загадке утерян».

По нашему предположению, сон Зариадра, как и сон Одатиды, имеет явное ритуальное значение и мог служить наглядной иллюстрацией обряда инициации (т.е. обряда посвящения в члены общины, связанного с наступлением совершеннолетия и половой зрелости). По достижении совершеннолетия (12-15 лет) юноша и девушка получали право выбора спутника жизни и вступления в брак. Причем в матриархальном обществе дозороастрийского Ирана существовал обычай, позволявший девушкам выбирать себе жениха по своей воле. Пережитки этого обычая сохранялись в Иране и в средневековье (ср. персидский праздник «Мардгиран», Фарханг-и Джахангири, XVI-XVII вв.).

Сны Зариадра и Одатиды не имеют прямого отношения к обряду инициации андроцентричного зороастризма, а скорее связаны с более древними иранскими верованиями дозороастрийского периода, близкими по своему характеру к шаманизму. Вместе с тем, рассматриваемый «инициационный сон» отличается от разновидности трансцендентного сна, известного по зороастрийским источникам, когда отчасти практиковался прием психотропных веществ и энтеогенов, хотя сама техника погружения в сон не имеет существенного значения. Вышеупомянутое наблюдение может пролить свет на давнюю полемику о наличии шаманистических элементов в зороастризме и в религиозных верованиях древнего Ирана.

Е.В. БЕЛОВ
(Елабужский ГПУ)
Источники и историография о персидском царе Дарии III

Военная экспансия греко-македонских войск в IV веке до н. э. оказала значительное влияние на историю различных народов Евразии и развитие целого ряда регионов, в том числе Передней Азии. Победоносные походы Александра Македонского и их последствия нашли отражения во многих исторических источниках и вызывают неиссякаемый интерес науки к этому моменту в мировой истории. При этом невозможно не отметить наличие пробелов в его изучении.

В частности, неоднозначно теоретически осмыслены процессы краха многонациональных государств, какой и являлась Ахеменидская держава, последним правителем и защитником которой был персидский царь Дарий III. До настоящего времени его часто представляют как посредственного правителя Ахеменидской державы, а также как бездарного противника Александра Македонского. Этот портрет, в основном составлен на основании пристрастны характеристик античных авторов.

В данном докладе автор, опираясь на ряд исторических источников и исследований, рассматривает характер правления Дария III в контексте идеологии о божественности происхождения царской ахеменидской власти. По его мнению, именно эта идеология определяет оборонительную стратегию Дария III во время противоборства с греко-македонской армией и Александром Великим. Поэтому действия персидского царя в наименьшей степени являются следствием паники и страха поражения, а представляются абсолютно логичными и понятными.

До своего вступления на престол Ахеменидской державы будущий персидский царь Дарий III носил имя Кодоман и занимал пост сатрапа Армении. В 338 – 336 годах до н. э. в результате внутренних противоречий и интриг придворной знати, Ахеменидский род прекратил своё существование по прямой линии. Поэтому на опустевший персидский трон был посажен Кодоман, являвшийся представителем боковой линии царского дома Ахеменидов. Впоследствии получивший тронное имя, персидский царь Дарий III также вступил в противоречия с придворной знатью, однако, расправившись с противниками, сумел избежать участи предыдущих правителей.

Несмотря на то, что в наследство ему досталась держава, ослабленная внутренними проблемами и противоречиями, начало правления нового ахеменидского царя ознаменовалось решительными действиями, в результате которых были подавлены волнения в Египте, а сама египетская сатрапия была вновь присоединена к Персидской державе. Остальной период царствования Дария III также был направлен на укрепление государства и центральной власти.

Правление царя Дария III длилось шесть лет. После вторжения Александра Македонского, под ударами греко-македонской армии персидская армия потерпела ряд военных неудач, приведших к поражению Персидской державы и исчезновению царского рода Ахеменидов.


 

Петербургские египтологические чтения.
Памяти Е.С.
 Богословского:
к 70-летию со дня рождения

 

Большаков В.А.
(РУДН, Москва)
Символика и эволюция головных уборов царственных женщин
(с Древнего по Новое царство)

В Древнем Египте супруга и мать царя были наделены особыми атрибутами и инсигниями, заимствованными из мира богов и предназначенными выразить сущностное родство или тождество с их божественными прообразами. В частности, к отличительным атрибутам царственных женщин, символизирующим их статус, относились различные головные уборы.

Древнейший головной убор матери и супруги царя в виде самки грифа (nrt), присутствующий также в иконографии некоторых богинь (прежде всего, Нехбет, Уаджит, а позднее Мут), дает основание полагать, что царственные женщины считались их земным воплощением, олицетворяя божественное женское начало в идеологии царской власти. По всей видимости, выбор грифа, тесно связанного с понятием материнства как характерного атрибута богинь и цариц, был обусловлен представлениями египтян о них как об идеальных женщинах, выступавших в роли кормилиц и защитниц.

В период с XII до середины XVIII династии в иконографии царственных женщин встречается другой тип головного убора – так называемый «хаторический» парик. Парик данного типа, часто украшающий статуи-сфинксы царственных женщин, возможно, служил намеком на богиню-защитницу солнечного бога Тефнут/Сехмет, одной из форм которой считалась Хатхор.

С начала эпохи Нового царства характерным элементом головного убора царственных дам становятся два прямых пера сокола (šwty). Вероятнее всего, перьяwty, имевшие явные солярные коннотации, были заимствованы из иконографии царя и богов, связанных с небесной сферой, – Монту, Амона и Хора. С середины XVIII династии перьяwty нередко дополнялись солнечным диском, рогами коровы (атрибут Хатхор) и уреями.

К числу головных уборов царственных женщин принадлежит особая корона в форме низкой платформы и модий. Характерный декор модия, который можно рассматривать как более развитую форму так называемой платформы, по-видимому, символизировал заросли Хеммиса, в которых, согласно мифу, Исида прятала от слуг Сетха младенца Хора.

В целом анализ символики и эволюции головных уборов и их элементов позволяет сделать фундаментальный вывод о существовании религиозно-мифологической парадигмы, в соответствии с которой посредством иконографии между главными богинями египетского пантеона и царственными женщинами проводились явные смысловые параллели.

 

А.Е. Демидчик
(Новосибирский ГУ)
Царь Мерикара Хети и недавние открытия в Асьюте

Из всего древнеегипетского гераклеопольского царского дома (IX-X династии) лишь правление и поминальный культ Мерикара Хети снабжены многими документами. Но даже и его место в ряду гераклеопольских правителей остается предметом споров.

В начале 60-х гг. прошлого века В. Шенкель отметил в надписях сподвижника Мерикара асьютского номарха Хети II замену фонемы w на y. А поскольку, по утверждению Шенкеля, датированные примеры такой замены появляются только в начале царствования позже свергшего X династию Ментухотепа I, Мерикара стал считаться его современником и последним гераклеопольским правителем[1]. В начале 90-х гг., в противоположность этому, К. Янсен-Винкельн и Я. Малек указали, что отмеченное фонетическое явление не исключает более ранней датировки надписей Хети II, а наличие у Мерикара пирамиды и многочисленных поминальных жрецов мешает считать его последним царем низвергнутой династии. В 2003 г. автор этих строк предположил, что Мерикара был шестым гераклеопольским государем, начало царствования которого пришлось на середину-вторую половину правления в Фивах Уаханха Инийотефа[2].

Открытия середины первого десятилетия XXI в., сделанные в рамках «Асьютского проекта» университетов Майнца и Сохага, показывают, что правление рода верных Гераклеополитам правителей Асьюта вовсе не оборвалось на Хети II[3]. Ему благополучно наследовали верховные жрецы Упу-уаута Итуиби(-икер), Месехти(-икер) (гробница N 13.1), и, вероятно, и не только они. Совокупно с рядом других признаков данное обстоятельство заставляет считать, что правление Хети II предшествовало военно-политическим успехам Ментухотепа I. А значит, не был последним гераклеопольским государем и Мерикара Хети.

 

Н.В. Лаврентьева
(ГМИИ, Москва)
Папирусы «Книги Ам-Дуат» в собрании ГМИИ им. А.С. Пушкина:
папирус Хатис-Меху и папирус Па-ди-Исет

Оба папируса происходят из коллекции В.С. Голенищева, представляют собой «жреческую редакцию» «Книги Ам-Дуат» и датируются III Переходным периодом (XXI -XXII дин.).

Папирусы Хатис-меху (№ I,1б. 118)[4] и Па-ди-Исет (№ I,1б. 126)[5] состоят из двух частей: «заставки»[6], содержащей имя покойного, и собственно композиции на тему «Книги Ам-Дуат». На заставке изображен покойный жрец перед Ра-Хорахти-Атумом[7]. Второй фрагмент посвящен последнему этапу путешествия солнечной ладьи перед восходом, содержит извлечения из последних часов «Ам-Дуат». Композиции включают два и три регистра изображений соответственно, которые справа замыкаются раскинутыми руками солнечного божества и «прислоненной» к нему мумиеобразной фигурой Осириса.

Фигуры обитателей иного мира на папирусах максимально схематизированы и представляют собой так называемые stickman figures.

Заставка папируса маркировала собой портал, в котором обычно изображается солнечное божество и поклоняющийся ему покойный, через который покойный вступал в мир иной, а изображение воскресающего солнца – выход из Дуата[8]. Поэтому традиционное для «Книги Мертвых» изображение Осириса на заставке могло заменяться изображением солнечного божества.

Выстраиваются определенные закономерности «нарушений» композиции «классической царской редакции». Изображение Солнечной ладьи на папирусах часто переносится в начало ВР, тогда как в «классической редакции» оно занимает центральное место в СР. Солнечная ладья из центрального мотива, вокруг которого строится все действие в «классической редакции», становится образом «осеняющим», превращается в субъекта по отношению к происходящему, смещаясь из СР в ВР. В НР просматривается наиболее разнообразный иконографический ряд мотивов, в который включаются персонажи, не входящие в постоянный набор персонажей «классической редакции», а происходящие из других «книг иного мира».

В НР центральное место получают мотивы «хтонического» характера, а также сцены, связанные с наказанием «врагов Бога». Перед нами предстает видоизмененная трехчастная структура, в которой по-иному, чем в «классической редакции», расставляются акценты, поскольку смещается точка зрения. Композиция рассчитана не на фараона, несущего в себе солнечную составляющую, сопричастную космическому миру солнечных трансформаций, а на жреца, посвященного в мистерию солнечного перерождения и обновления, но как всякий смертный он лишь зависит от этой божественной силы.



[1] Schenkel W. Frühmittelägyptische Studien. Bonn, 1962. S.51, § 16 b, S. 145, § 58 l.

[2] Demidchik A. E. The Reign of Merikare Khety // Göttinger Miszellen. 2003. Ht. 192. S. 25-36.

[3] El-Khadragy M. Some Significant Features in the Decoration of the Chapel of Iti-ibi-iqer at Asyut // Studien zur altägyptischen Kultur. 2007. Bd. 36. S. 105-135.

[4] См. «Путь к Бессмертию»…С. 71 (№ 147).

[5] См. «Путь к Бессмертию»… С. 73 (№ 148).

[6] В папирусе Па-ди-исет треть заставки – левый нижний угол с изображением нижней части трона – утрачен.

[7] У Хатис-Меху сверху и снизу от рисунка на заставке приписаны несколько строк иератикой, которая содержит формулу жертвоприношения.

[8] Яснее в таком случае и другая особенность: почему голова Шу изображалась часто в непосредственной близости от головы Осириса, когда его фигура занимает по высоте только пространство нижнего регистра. Выход из Дуата находился в Абидосе, где была, по преданию, погребена голова Осириса. Ср. с последней виньеткой «Книги Врат», где показано, как солнце выходит из Дуата, образованного телом Осириса, рядом с его головой.

 

Tags: Мои публикации
Subscribe

  • Сон о рассказе

    Во сне увидел, что пишу рассказ. Человек по фамилии Кысомуров очень любит собак, а кошек не любит, и потому хочет поменять фамилию на какую-нибудь…

  • Осирис и поэзия

    Днем читал на истфаке лекцию для первокурсников по истории Египта в эпоху великих пирамид. Ближе к вечеру узнал из сети про скандал двух поэтов.…

  • Сон со Шкловским

    Всю ночь со Шкловским. Ходили по зимнему лесу. Он был лет 60 на вид и сказал мне: " До 30 лет жизнь очень подробна. Потом можно писать по…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments