May 23rd, 2013

Балабанов как кино-Бродский?

В стихотворении на смерть Балабанова Дм. Быков подает очень интересный мячик, который не все ловят. Обращу на это внимание читателей.
Вот Быков:

Балабанов был неприятный, злой.
Как Муратова, но лютей.
Он снимал про придонный и донный слой
И не слишком любил людей

А вот Бродский:

Кровь моя холодна.
Холод ее лютей
Реки, промерзшей до дна.
Я не люблю людей.

В самом деле. У Бродского "тело, помещенное в пространство, пространством вытесняется". Полный распад. И полная безотрадность. И отсутствие надежды на свет где-то там...
Балабанов как кино-Бродский?

"Сталкер" и "Я тоже хочу"

На телеэкране последний фильм Балабанова смотрится лучше, чем на компьютере. Больше видишь и понимаешь.
Отличий от фильма Тарковского очень много.
1. Если в фильме 1979 г. люди идут в Зону просвещаться, то в 2012 году - спасаться. У Писателя утеряно вдохновение - и ах, он идет выпрашивать! Какая, в сущности, мелочь. Ведь он никого не убил и ничего не украл. Ему просто скучно. Ученый хочет взорвать комнату счастья. Но, в сущности, он тоже скучает, потому и не взрывает ничего. Они посланцы благополучного мира, в котором все банально. А хочется чего-нибудь светлого и чудесного. Каприз у них такой. У Балабанова идут потому, что жить дальше невозможно - все герои до краев переполнены чернотой. Блудница-философка - самая невинная из них. Правда, что там делает отец алкоголика - до конца неясно. Его-то зачем было туда тащить?
2. Фильм Балабанова лишен самого Сталкера. Герои едут сами, руководствуясь слухами. В роли вожака этой стаи выступает киллер, но он сам ни про что не в курсе.
3. Сталкер любит Зону. Она живая, зеленая, он может уткнуться в траву и найти в ней краткое блаженство. У Балабанова Зона мертва окончательно и покрыта снегом.
4. Чего ищут герои Балабанова? Они ищут, как попасть на небо живыми. Чтобы без боли, без смерти - и сразу блаженство. Чтобы взлететь над снегами или быстро исчезнуть. Вспомним, что у Тарковского Писателя не трогает Зона, и Сталкер объясняет это тем, что он самый разнесчастный человек. Разнесчастный, но не преступник. У Балабанова исчезает только блудница. Остальные умирают на снегу.
5. Про алкоголика непонятно. Он стал зарывать отца и умер сам? Проявил кровное родство и кровную солидарность с умершим?
6. В общем, фильм Балабанова про то, что жить больше невозможно. Либо в небытие, либо в рай. И колокольня его более всего похожа на трубу крематория из "Кочегара". А у Тарковского герои после Зоны обязательно будут жить иначе - ведь они прошли инициацию и ощутили кое-что чудесное. Герои Тарковского, естественно, могут жить дальше - ведь они не злодеи.
7. Блудницу зовут Любовь Андреевна. Привет Раневской из предсмертной чеховской пьесы. Ее кинул сутенер (как и ту кинул любовник в Париже). Значит ли это, что Балабанов думал про этот фильм как про свой "Вишневый сад"?

Месопотамско-еврейские литературные связи?

Сегодня мои умные студенты, ассириологи-гебраисты, озадачили меня вопросом, лежавшим на поверхности.
Мы все привыкли к тому банальному утверждению, что между месопотамскими и библейскими текстами есть параллели. Но они есть в сюжетах, в отдельных мотивах. Правовые вердикты местами тоже очень похожи. Календарь и праздники вообще одни на двоих, поскольку там прямое заимствование всей вавилонской календарной семантики в послепленный иудаизм. Но в некоторых случах все же трудно понять, заимствования это из Месопотамии или просто общая региональная мифология. Так вот, ребята спросили: а есть ли прямые цитаты из текстов друг друга? И тут настал мой ступор.
Я отчетливо осознал, что не знаю: а) ни одной цитаты из шумерского или аккадского клинописного текста в классическом еврейском тексте; б) тем более не знаю в клинописных текстах из Месопотамии прямых цитат из еврейского текста. Несмотря на обилие аккадизмов в библейском иврите и западных семитизмов в аккадском, эти культуры не соприкасаются в отношении предложений и цельных текстов.
Или все-таки есть между ними синхронные связи? Подскажите, если знаете. Чур, Мари и Угарит не предлагать.