March 24th, 2010

Проблема Перельмана

Петербургский математик Григорий Перельман столкнулся с проблемой, которая стала для него гораздо более сложной, чем решенная им проблема Пуанкаре: "брать или не брать - вот в чем вопрос?" Проблема действительно сложна и логика Перельмана вполне понятна. Попробуем проанализировать составляющие этой логики.
Когда Перельман говорит, что ему не нужен миллион, потому что у него все есть, он нисколько не лукавит. По электронной почте он получает необходимую литературу и письма от коллег, остальное выложено на математических сайтах. В дорогостоящих приборах он не нуждается. Оперу он слушает на галерке, и это акустически правильно, потому что звук идет именно туда. Питается он обыкновенно, да и всякий человек, даже самый богатый, большую часть жизни питается самой обыкновенной пищей. Заморские деликатесы хорошо пробовать на конференциях или на светских раутах, но все время их есть не будешь, надоест. Машины у него нет, да и некуда математику ездить на машине, у него все всегда с собой (в смысле - в себе). Гаусс, даже имея карету, десятилетиями никуда не выезжал, чем Перельман хуже или лучше Гаусса?. В женском обществе он не нуждается - значит, еще одна немалая статья расхода долой. Квартира у него своя и деньги на ее оплату в наличии. За границей он был, все, что нужно, объездил, со всеми, кто ему нужен, познакомился. Получается, что у Перельмана действительно все есть. Когда деньги кончатся, он может поехать за границу, прочесть там курс лекций и без забот жить в своем обычном режиме еще несколько лет.
И вдруг приходит миллион долларов. Начинается головная боль. Если бы Перельман был физиком-экспериментатором типа Капицы, то он бы знал, куда вложить эти деньги. Создал бы новый институт физических проблем. Но Перельман специализируется на решении сложных проблем математики, и ни в чем, кроме головы, ручки, бумаги и компьютера, не нуждается. Прибавим к этому явное нежелание руководить научной группой, характер и образ жизни отшельника. Значит, для своей собственной работы Перельман в миллионе не нуждается.
Теперь об альтруизме. За миллионом Перельмана уже выстроилась очередь величиною с классическую очередь в Мавзолей. Гимназия, где он учился, требует от него ремонта и нового оборудования. Институт, из которого он уволился, надеется на финансирование каких-то проектов или даже на ремонт крыши. Благотворительные фонды, президиумы математических олимпиад, академические структуры... И несть им числа. Но Перельман не наивен, он понимает, что врученные им деньги моментально разбредутся по карманам чиновников от науки и образования, что никого он не накормит и не обучит, никаких крыш не залатает, а честно заработанная им премия осядет в кошельках стопроцентно бесчестных людей. Ее получат те, кто ненавидит и преследует перельманов, кто хочет выставить перельманов на всеобщее посмешище. Конечно, если бы он уехал за границу, то потратил бы деньги с большей пользой. Но он утверждает, что в России ему работается лучше. Между тем, в сегодняшней России деньги не могут принести пользу, потому что пользе денег мешают люди.
Думаю, что проблема Перельмана решения не имеет. Во всяком случае, для ее решения должен вырасти и объявиться второй перельман.

Перельмана в почетные граждане Петербурга?

Перепост http://zaemuma.livejournal.com/103696.html

Не знаю.

Во-первых, достоин ли нынешний Петербург настолько почетного гражданина?
Во-вторых, нужно ли это почетное гражданство самому Перельману?
В-третьих, вспоминается, как отблагодарили Абдеры своего гражданина Демокрита. Город просто содержал его за свой счет до самой смерти, а прожил Демокрит более ста лет.

Еще раз про 2012 год

. «Поляками Москва была оставлена,/ И двести лет должно было пройти,/ Чтоб армия бежала Бонапартова/ По самому обратному пути!/ Есть в этих цифрах что-то предсказамое,/ А потому имею я в виду,/ Что, может быть, случится то же самое/ В 2012 году!»

Это стихи Николая Глазкова, который ничего не знал про календарь майя.

Мы с maoist уже устали давать интервью по поводу того, что древние ничего не знали о далеком будущем. Но если в 2012-м все же случится что-то экстраординарное, то припомнят и майя, и эти стихи Глазкова. И скажут, что ученые, несомненно, дураки, потому что дерзают спорить с пророками.
О том, что события происходят не потому, что они предсказаны в прошлом, никто при этом не задумается.
Если же в этом году не произойдет ничего выдающегося - постараются забыть и вскоре забудут, как уже полузабыли про ужасы 2000 года, как давно забыли про конец света, ожидавшийся 25 мая 1981 года.
Человечество помнит только сбывшиеся предсказания. Их меньшинство, поэтому запомнить просто.