banshur69 (banshur69) wrote,
banshur69
banshur69

Как меняется аккадский эпос о Гильгамеше

Наука ассириология приучает своего слугу к скромности. Ничто в гуманитарной науке не меняется так быстро, как наше знание клинописи, древних языков и древних городских архивов. Одна небольшая публикация текстового фрагмента может заставить всю науку изменить самые устоявшиеся и общепринятые взгляды на историю древнего общества. Быстрее всего устаревают переводы. На втором месте учебники. Дольше всего держатся специальные исследования и хорошо написанные научно-популярные книги.
Вот и с великим аккадским эпосом о Гильгамеше - центральным текстом всей древней литературы Ближнего Востока - происходит в течение столетия удивительная метаморфоза. Покажу ее на примере первых строк из Пролога.
Первая таблица эпоса сохранилась плохо. Если знаки первого полустишия видны довольно отчетливо, то куски таблицы со вторым полустишием отколоты и долгое время были неведомы специалистам. Это давало простор воображению и ассоциациям.

В.К.Шилейко

 

Об увидавшем всё до края мира,

о проницавшем всё, постигшем всё.

Он прочел совокупно все писанья,

глубину премудрости всех книгочётов;

потаенное видел, сокровенное знал

и принес он весть о днях до потопа.

Далеким путем он ходил - но устал и вернулся

и записал на камне весь свой труд.

 

Перевод Шилейко находится в некоторой зависимости от той транслитерации и перевода, которые содержатся в издании П.Дорма. (1907 г.). Вот как звучит французский перевод:

 

Celui qui a tout vu, … du pays,

Qui a tout connu, tout…

… et ensemble … …

Le secret de la sagesse de tout chose …

Le mystère, il l’a vu, et la chose cashée…

Il a apporté la connaissance de ce qui était avant le deluge.

Une route lointaine il a parcouru, et il a peiné et …

… sur une stele toute la fatigue.

(184-185)

 

В первой строке Шилейко добавляет слово “край”, во второй - синоним глагола “познавать” (что логично при синониме слова “всё”), для разбитой третьей строки и полуразбитой четвертой придумывает анахроничный ветхозаветный контекст “писания-книгочеты”, пятую оставляет почти неизменной, прибавляя только глагол “знать”, в шестой не меняет вообще ничего, в седьмой подставляет на конце точный по смыслу глагол “вернулся”, в начале восьмой также ставит правильный глагол. Мы видим, что перевод Шилейко является плодом творческой работы ученого-поэта. Точными по смыслу оказываются интерпретации 6 строк, неверными – всего двух. В сравнении с переводом П.Дорма перевод Шилейко выигрывает в пяти словах.

 

И.М.Дьяконов

 

О все видавшем до края мира,
О познавшем моря, перешедшем все горы,
О врагов покорившем вместе с другом,
О постигшем премудрость, о все проницавшем:
Сокровенное видел он, тайное ведал,
Принес нам весть о днях до потопа,
В дальний путь ходил, но устал и смирился,
Рассказ о трудах на камне высек…

(137)

Дьяконов работает с новейшей для его времени автографией и транслитерацией Р.Кэмпбелл-Томпсона (1930, книга вышла в год смерти Шилейко). В примечаниях к академическому изданию своего перевода Дьяконов ссылается на большое количество иноязычных переводов, созданных в 1940-1950-х годах (Ф.М.Т.Бёль, А.Шотт, В. фон Зоден, Э.Спейзер, Л.Матоуш), но при этом нигде не обращается к старому переводу П.Дорма. Следовательно, его перевод имеет другие возможности и другой набор ассоциаций.

Первую строчку Дьяконов переводит аналогично Шилейко и Матоушу, заменив только вид действия с совершенного на несовершенный (“увидавшем-видавшем”). Первое полустишие второй строки домыслено в соответствии с домыслами фон Зодена и Матоуша, домысел второго полустишия самостоятелен. Третья строка домыслена полностью (кроме слова “вместе”) и самостоятельно. В четвертой строке оставлено только слово “премудрость”, однако сама строка переведена не вполне точно (буквально: “совокупность всей премудрости он изучил”). В пятой оставлен весь перевод Шилейко с заменой “знал” на “ведал”. В начале шестой убран союз “и” и прибавлено местоимение “нам”, отсутствующее в подлиннике. В седьмой строке глагол “вернулся” заменен на “смирился” (более точный для перевода šupšuh “захотел отдохнуть”). В восьмой строке опять пострадало начальное “и” Шилейко, отсутствующее в подлиннике, но при этом добавилось также отсутствующее слово “рассказ”, придуманное переводчиком для фразы, буквально означающей “начертал на стеле свой труд”. Итак, из 47 слов перевода Шилейко Дьяконов взял 27 слов , при этом улучшив текст предшественника в понимании 4 и 7 строки. Однако это улучшение было связано не с интуицией переводчика, а с возможностями новой транслитерации клинописного текста, вышедшей после смерти В.К.Шилейко. При этом оказались домыслены строка 2 (целиком), 3 (пять слов из шести), строка 4 (четыре слова из шести) и строка 8 (одно слово из шести).

Текстологический анализ двух переводов Пролога позволяет установить бесспорную зависимость перевода В.К.Шилейко от перевода П.Дорма и перевода И.М.Дьяконова от перевода В.К.Шилейко. Вместе с тем, нужно констатировать, что переводчики пользовались разными версиями транслитерации текста, поэтому у них выходили весьма различные интерпретации отдельных строк. Сталкиваясь с фрагментированным текстом, переводчики по-разному выходят из положения. Для Шилейко характерен интуитивный поиск наиболее логичных для данной ситуации слов, но при этом он способен навязать тексту анахроничный смысл. Дьяконов в трудных случаях прибегает к откровенному художественному домыслу, но не пытается строить гипотезы, которые не согласованы с новейшей транслитерацией текста.    
В 2003 г. вышло новое издание эпоса, собранное из новонайденных фрагментов А.Р.Джорджем, и из его транслитерации стало ясно, что многое понималось совсем не так. В частности, слово nagbu в первой строке переводилось как "всё", но ведь буквально оно означает "подземный источник, ключ". Появление второго полустишия открыло тайну истинного смысла. И вот уже ваш покорный слуга, вооружившись всеми новыми изданиями фрагментов Пролога, делает новый перевод, стараясь не менять в нем ни одного слова:

Тот, кто видел истоки – земли основы,

Кто изведал Пути, всё осознавший,

Гильгамеш, тот, кто видел истоки – земли основы,

Кто изведал Пути, всё осознавший, -

За всеми престолами надзирал он,

Всю мудрость он совершенно изведал,

Сокрытое узрел он, тайное отпер,

Свидетельство принес о днях допотопных.

В дальний путь ходил, устал, изнемог он,

Все труды на камне оставил.


Итак, в первых строках Пролога (и мы это знаем уже достоверно) речь идет о том, что Гильгамеш увидел пресноводные источники, служащие основаниями земли, познал все пути (это слово употребляется в значениях "путь" и "ритуал"), вложил пройденные пути в свое сознание, был свидетелем всех обрядов, совершавшихся перед престолами богов и, следовательно, постиг тайны, доступные лишь посвященным. О допотопных днях он принес не весть, а живое свидетельство очевидца событий - праведника, спасенного от потопа. Не смирился он, а изнемог от трудов и все свои труды оставил на камне. Это метафора: человек как бы снял с себя груз, оставив его в виде рассказа о своих странствиях, записанного на лазурной табличке.
Становится понятно, что нужно делать новый художественный перевод эпоса, основанный на полном тексте и дополняющий уже сделанное Дьяконовым. Это работа скромных людей, которые должны, подделавшись под стиль переводчика, вписать недостающие куски в его работу.
Итак, если ты ассириолог - учись смирению. Привыкни к мысли, что чего-то не узнаешь никогда. Но твой труд не пропадет, а будет дополнен учениками.
Tags: Черновики
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments