banshur69 (banshur69) wrote,
banshur69
banshur69

R.I.P. Александр Серафимович Четверухин (12.09.1946-10.11.2009)



Российская египтология понесла совершенно не восполнимую утрату. В ночь с 9 на 10 ноября 2009 года в Елизаветинской больнице Санкт-Петербурга скончался Александр Серафимович Четверухин - единственный русский египтолог-лингвист, специалист по языку Текстов Пирамид, по староегипетскому синтаксису, по истории именного предложения в афразийских языках, по языку коптских гностических папирусов, соавтор И.М.Дьяконова в работе над афразийским этимологическим словарем.
Его жизнь была настолько ужасна и закончилась в такой безвестности, что, пожалуй, нужно назвать судьбу Четверухина самой тяжелой судьбой востоковеда в послелагерный период истории нашей ориенталистики. Началась она, впрочем, именно с лагеря. Александр Серафимович родился 12 сентября 1946 года в воркутинском лагере, где находился его отец, писатель Серафим Ильич Четверухин. На всю жизнь у него остались привычки и выражения старых зэков, хотя он жил в Воркуте только до десяти лет. Осталась и ненависть ко всему советскому и коммунистическому. В 1965 году Четверухин, ранее уже перебравшийся с родителями в Ленинград, поступает на отделение египтологии Восточного факультета ЛГУ. Уже на младших курсах открывается его яркий лингвистический талант - но одновременно и тяжелый, неуступчивый характер. Блестящий выпускник оказался по окончании университета в 1970 году никому не нужен. На кафедру его не захотел взять Петровский, в Институте востоковедения категорически против приема Четверухина в аспирантуру был Перепелкин. Если последний просто перестраховывался, боясь брать в ученики человека с лагерной биографией, то Петровский, вполне возможно, почуял в своем студенте серьезного конкурента. Неизвестно, как бы сложилась судьба Александра Серафимовича, если бы не Игорь Михайлович Дьяконов. Дьяконов придумал взять египтолога Четверухина в свою большую группу составителей афразийского словаря. Так Александр Серафимович попал на работу в петербургский филиал Института востоковедения. Но, попав на работу в институт, он так никогда и не попал в аспирантуру. Несмотря на странный статус научного сотрудника без степени, в коем он находился всю свою жизнь, Четверухин стал единственным в России знатоком староегипетского языка. Он сам рассказывал мне, что питерские коллеги его не любили, и он ездил в Москву доучивать египетский у Коростовцева. Там, в Москве, он обрел истинных своих друзей и коллег - лингвистов-компаративистов и египтологов (среди которых нужно особо выделить О.И.Павлову), с которыми ему можно было по-человечески общаться и продуктивно работать. Тем не менее, в Москву он не переехал, потому что в Ленинграде был Дьяконов, всячески направлявший его научные поиски. 80-90-е годы стали временем расцвета четверухинского таланта. Он составил грандиозную картотеку по лексике и морфологии пирамиды Унаса, а потом и по языку других пирамид. Он написал и опубликовал по-английски целую серию статей по дейктико-релятивным частицам в афразийских языках, по происхождению египетских глаголов, связанных с органами чувств и с мышлением. В конце 90-х Четверухин начал обобщать свои огромные знания по истории именного предложения в афразийских языках, привлекая для исследования вопроса арабские грамматические трактаты высокого средневековья и еврейские трактаты о сравнении древнееврейского языка с арабским. В это же время Александр Серафимович переводит и комментирует коптские гностические папирусы, издает в своем переводе и со своими дополнениями немецкую классическую грамматику коптского языка. Немало сделано им для публикации и осмысления лингвистических работ выдающегося коптолога П.В.Ернштедта, толстый том трудов которого выпущен под редакцией Четверухина еще в 1986 году.
А потом начинаются нулевые, резко обозначившие кризис нашего востоковедения. Четверухин живет деревенским огородом, перепечаткой чужих диссертаций, научным редактированием книг по египтологии и не только (он известен и как редактор книг по библеистике). В двухкомнатной квартире Четверухиных одну комнату стал занимать жилец. В 2006 году он уходит из Института востоковедения, формально по инвалидности, неформально - за полной бессмысленностью просиживания штанов. В Институте уже нет Дьяконова, нет Берлева, не с кем говорить о насущных проблемах египтологии и лингвистики. В 2007 году выходит стараниями hp_alimov единственная монография Александра Серафимовича, посвященная афразийскому именному предложению. Это только первая часть, предполагалась вторая, но Бог судил иначе...
Четверухин был очень добрым, очень жестким, не терпевшим компромиссов с совестью, необычайно эрудированным и невероятно талантливым человеком. Он не оставил учеников, потому что не всякий имеет такой ум и такую научную смелость. Но его немногочисленные публикации хорошо известны мировой науке, их будут изучать многие поколения египтологов, семитологов и афразистов, значение его работ останется непреходящим.
Причин смерти было много: печень, желудок, селезенка, сердце. Похоронили его на кладбище поселка Сертолово (там живет его дочь). На похоронах были и представители Института. Никакого официального объявления или некролога нет и посейчас. Это первый.

Первое объявление о смерти в сети http://community.livejournal.com/ru_gnostik/274579.html
Короткие мемуары см. http://flower-summer.livejournal.com/10789.html
Библиографию работ А.С.Четверухина см. по адресу  http://www.orientalstudies.ru/rus/index.php?option=com_personalities&Itemid=74&person=224

Tags: Встречи. Календарь
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 19 comments